Александр Тарасов

Из переписки с Михаилом Немцевым (2005)

 

Предисловие из 2015 года

Ровно десять лет назад, весной-летом 2005 года, случилась бурная и активная (хотя и кратковременная) электронная переписка между мной и новосибирским аспирантом-философом Михаилом Немцевым. Возникла она как некое дополнение к интервью, которое Немцев взял у меня для газеты «Книжная витрина», где он тогда работал.

Немцева я знал лично (впрочем, совершенно шапочно): познакомился с ним в апреле 2005 года в Москве на Социальном форуме, куда Бузгалин вывез Немцева как новосибирского представителя своих «Альтернатив». Поговорили мы с ним минут пять или десять, но за это время он успел мне пожаловаться на заскорузлость новосибирской «левой тусовки» и ее патологическое нежелание (или неспособность) к освоению теории. Поэтому я предполагал, что переписка с ним может стать интересной и, возможно, перспективной. Я ошибся. Немцев в этой переписке проявил себя как типичный леволиберал, тотально зависимый от того мусора, которым засоряют мозги нашей молодежи на философских факультетах, удручающе не способный к самостоятельному мышлению и чем дальше, тем откровеннее демонстрировавший типичные комплексы типичного российского провинциального как бы левого болтуна, любящего рассуждать обо всем на свете, но панически боящегося серьезных дел.

В 2006 году М. Немцев опубликовал эту нашу переписку на сайте «Контр.инфо» под странным названием «Как быть настоящим марксистом?» (впрочем, возможно, название было дано редакторами сайта: сайт был украинским, а украинский русский часто удивляет своим стилем). Поскольку сайт «Контр.инфо» приказал долго жить, мне показалось полезным опубликовать содержательную часть своих писем: поскольку Немцев был аспирантом-философом, разговор у нас сразу вышел на общие и, как мне кажется, важные вопросы.

24—25 августа 2015

Предуведомление от редакции

В редакции сайта «Сен-Жюст» возникли определенные разногласия на тему, публиковать или не публиковать в этом материале письма самого М. Немцева. С одной стороны, их публикация могла помочь читателям лучше понять детали полемики и ее специфику. С другой стороны, эти письма — огромные, неструктурированные, сбивчивые и в большом числе мест откровенно невразумительные. В редакции возникло опасение, что читатель быстро запутается, устанет, перестанет что-либо понимать — и в результате материал до конца дочитают только самые стойкие и/или фанатики. Кроме того, письма Немцева крайне небрежно написаны, в них — большое число опечаток, орфографических и синтаксических ошибок, и членам редакции было трудно заставить себя все это исправлять. В конце концов, было решено, что можно ограничиться тем, что привести в комментариях — в тех случаях, когда это необходимо для понимания смысла дискуссии, — изложения соответствующих мест из писем Немцева или же дать прямые цитаты. Текст в цитатах, разумеется, оставлен в неприкосновенности, редакция лишь взяла на себя труд исправить орфографические и синтаксические ошибки, чтобы они не мешали читателю в восприятии смысла. Желающие прочитать полный текст писем М. Немцева (за исключением тех фрагментов, которые он сам выбросил при публикации на «Контр.инфо») могут ознакомиться с ним в веб-архиве.

Евгений Лискин, Иннокентий Репин

Первое письмо

Здравствуйте, Миша!

… Теперь — непосредственно к делу. Я бы обрадовался, прочитав все те замечательные вещи, которые Вы пишете — и о понимании бесперспективности и межеумочности «традиционных левых» (МЛФ, комсомольцев и т.п.), и о полном непонимании ими реального политического процесса и т.д., — но вся возможная радость парализуется тем, что написано во второй части Вашего письма.

Я, во-первых, не понимаю, что значит фраза «смыслы живут по внесоциальным законам». Может быть, мы с Вами под словом «смыслы» понимаем какие-то совершенно различные вещи? Простите, но смыслы не могут быть внесоциальными! В природе никаких смыслов нет. Смыслы задаются человеком — и не человеком «вообще», а человеком в его социальной практике. Обратная точка зрения предполагает существование Бога, который изначально и «назначил» смыслы. А с этим бредом, извините, и спорить не стоит, поскольку существование бога не доказано и недоказуемо.

Во-вторых, Вы пишете «Меня сейчас интересует возможность так организовать собственную жизнь, чтобы не быть пойманным ни одним устоявшимся социальным институтом, и участвовать в культурном процессе — производстве и воспроизводстве мысли». Простите, но это невозможно! Вы даже сейчас уловлены социальными институтами: диссертацию-то Вы пишете именно в таком институте — и по правилам, Вам навязанным (не верите? — тогда напишите диссертацию на тему, не согласованную и не утвержденную, и не по правилам, а, например, в виде поэмы! Ну, ну, если мне не верите, рискните, рискните!). И «Топ-книга» Ваша — это социальный институт (и, как я понял из Вашего письма, довольно-таки мерзкий) [1], который Вас уже поймал. Кроме того, «производство и воспроизводство мысли» — это красивые слова, не более. Фашисты, например, тоже производят и воспроизводят мысль. Важен не «культурный процесс» сам по себе, а его направленность.

В-третьих, я совершенно потрясен следующим абзацем: «моя исследовательская программа состоит в объединении деятельностной философии сознания с социальной философией марксизма — в ХХ веке это разные направления мысли, хотя от марксизма, конечно, были выходы на философию сознания. Но наиболее внятные результаты там были получены феноменологами. И вот если я смогу показать, как происходит восприятие и оживление своим телом, своей жизнью отдельными людьми, их группами смыслов и значений из мировой культуры, и как это позволяет им оформлять свой жизненный мир (причем именно что в противостоянии социальным машинам господства и подчинения), то такая работа, я думаю, многим пригодится». Пожалуйста, поподробнее. Это какие такие «результаты» получены феноменологами? И опять-таки, что Вы имеете в виду под «смыслами»? Это что, гуссерлианский термин? Кто Вам тогда сказал, что Вы имеете какое-то отношение к марксизму, во-первых, и что Ваше «восприятие… своим телом» действительно пригодится кому бы то ни было, кроме Вас? Опыт у каждого индивидуален, насильственного «вчувствования» феноменология не предполагает. И т.д.

Вам не кажется, что Вы слишком зависимы от Ваших преподавателей, которые срочно перекрасились из «марксистов» в «феноменологов» по причине врожденной проституированности — а Вы всерьез восприняли весь тот бред, которые они на Вас обрушили? Неужели Вы не умеете мыслить самостоятельно и критически? Буржуазия изобрела феноменологию (и многое другое) для того, чтобы морочить головы таким, как Вы, — а Вы с радостью и морочитесь!

В-четвертых, меня удивляет то, что Вы написали о «главной проблеме левого мировоззрения» [2]. Это не главная проблема. И нет просто левого мировоззрения. Вы подходите к этим вопросам абсолютно пробуржуазно. С последовательно марксистской точки зрения задача состоит в том, чтобы развить технику (в широком понимании слова, это касается и медицины с ее достижениями, то есть это касается и человека с его способностями) до такого уровня, чтобы человек не был придатком этой техники (это и есть преодоление отчуждения), чтобы «сложные иерархические системы управления» (и контроля), о которых Вы пишете, во-первых, были бы частью самой техники, а во-вторых, чтобы сама техника достигла такого уровня надежности, который бы свел все системы управления и контроля до необходимого минимума.

Аналогичным образом Вы и на государство смотрите как буржуа [3]. Государство должно быть преодолено, ликвидировано (не по приказу и не с сегодня на завтра, а путем целенаправленного принятия функций государства обществом). Дело именно в том, что государство — машина. А общество — живой организм. Живой организм совершеннее машины. И не одной машиной надо заменять другую, а организм должен отбросить костыли (государство), развивая функции самоуправления. Да, это будет нескоро, да, это требует сознательных целенаправленных систематических действий — уже после того, как сторонники коммунизма захватят власть, но только это и даст возможность полного развития каждого и ответственного поведения каждого.

Михаил, я вижу, Вы насквозь пропитаны навязанными Вам Вашей советско-постсоветской академической сволочью буржуазными идеями. Вы — ходячий пример того патологического состояния, до которого довела страну советская контрреволюционная номенклатура.

Философ должен искать истину — и не для себя, а для всего человечества. А вовсе не пропускать «смыслы» «через свое тело». Этим, простите, занимаются проститутки в публичном доме.

Я ужасно разочарован. Как я вижу, писать толковые рецензии — гораздо легче, чем мыслить самостоятельно. Ваши рецензии дезинформировали меня относительно Вашего статуса. Оказывается, Вы очень инфантильны и очень мировоззренчески зависимы. Так нельзя. Надо меняться, иначе никем, кроме эпигона, Вы не станете.

Искренне Ваш, АН

24 июня 2005

Второе письмо

Дорогой Миша!

… от того, что Вы перешли с гуссерлианского языка на псевдомарксистский, легче не стало. Вот Вы пишете: «жизнь и развитие идей и знания не сводимо к социологии знания и не может быть понято только как проявление политической и экономической борьбы». Если честно, я не понимаю, что такое «жизнь и развитие идей» в Вашем изложении. У Вас явственно получается, что идеи могут существовать без людей, сами по себе. Простите, но это идеалистический бред! Докажите мне, что идеи могут существовать сами, без людей! Не провозглашайте, а докажите.

Это первое. Второе: я решительно возражаю (во всяком случае, в личной переписке) против тактики оглупления оппонента с помощью примитивизирующих его позицию формулировок вроде «не может быть понято только как проявление политической и экономической борьбы». А где я это писал? Нигде. И идеи, и знание есть порождение деятельности социума и общественной жизни в их развитии — не «проявление», а порождение — жизни и деятельности, а не «только борьбы». А поскольку и человеческое общество, и общественная жизнь развиваются на экономическом базисе — и поскольку исторически наблюдаемое развитие их есть развитие и социально-политическое (в том числе развитие социальной борьбы и политической борьбы), то прежде, чем смело утверждать обратное, потрудитесь опровергнуть тот факт, что и сами идеи, и их «жизнь и развитие» порождаются вышеупомянутыми экономическими, социальными и политическими причинами. Самым убедительным будет доказательство вроде того, что марксизм (или, если угодно, структурализм) возникли «внесоциально», то есть, например, в Древней Греции. Михаил, надо все-таки как-то (по возможности) не выпадать из реальности!

Ведь Вы же сами мне написали, что «из социальной мысли надо элиминировать любой субъективизм». То есть стать на основу строго материалистическую, на основу научную, где гипотезы и теории поддаются проверке. Да как же это возможно с Вашим любимым Гуссерлем, которого шатало от объективного идеализма к субъективному?

Подвергшись инвазии гуссерлианства, Вы мне даже в письме демонстрируете авторитарность мышления (ссылаясь на Канта), когда пишете: «Справедливость, свобода, братство — это такие концепты, которые не имеют оснований в повседневности». Следовательно, Вы просто не понимаете (как идеалисты), что нет «просто» «справедливости», «просто» «свободы», «просто» «братства». Это — не концепты, это — лозунги, красивые слова, за которыми — в зависимости от того, кто их произносит, — может стоять что-то реальное, а может не стоять ничего.

Например, справедливость. Справедливость — просто безответственное слово, которым спекулируют, если она не отсылает — в качестве основы — к понятию равенства. Если вы не признаете идеи равенства — нет смысла говорить вам о справедливости. Но равенство всегда конкретно («просто» равенства нет): это либо равенство социальное, либо имущественное, либо юридическое (либо любой набор их). Когда феодал А. разрушает замок феодала Б. и убивает его, а брат феодала Б. нападает в ответ на феодала А., то он апеллирует на практике к идее справедливости, то есть в конечном итоге к тому, что у него есть право на месть, поскольку он, осуществляя месть, реализует равные права феодалов А. и Б. (ввиду того, что сам Б. это право, как убитый, реализовать уже не может). Это не «концепт справедливости». Это навязывание силой юридического равенства нарушителю этого равенства. Против восставших крестьян и А., и Б., и брат Б. заведомо объединятся, поскольку представление крестьян о справедливости с представлением феодалов не совпадают.

Лозунг социальной справедливости отсылает нас к представлениям о а) социальном равенстве и б) необходимости силой навязывать нарушителям социального равенства наши представления о нем. Почему? Потому что это не «концепт», а закрепление такого экономического, имущественного положения, которое нас — как сторонников социального равенства — устраивает. А кого оно не устраивает, тот борется против социального равенства, деля людей на «быдло» и «элиту», на тех, кто создает своим трудом материальные ценности, и тех, кто эти ценности только потребляет. При этом противники социального равенства могут не прибегать к понятию «справедливость» (рассматривая его как «левацкую демагогию»), а могут — тут все зависит от обстоятельств, от необходимости пропаганды вовне, например, — и прибегать, высказывая такие «обоснования» своей позиции, как, например, «справедливость» наследования имущества предков (вне зависимости от того, каким путем это имущество у предков оказалось), или «справедливость» того, что существующие социальные верхи занимают свое место, поскольку они «объективно» умнее, талантливее, смелее, образованнее (и еще что угодно), чем социальные низы — и, следовательно, то, что они угнетают и эксплуатируют, — это «естественно», а что естественно — то и справедливо. Или ссылаться на то, что так Бог предопределил, а Бог-де не может быть несправедлив.

То же самое со «свободой». Свобода — не «концепт». Свобода конкретна. Свобода всегда либо свобода от, либо свобода для. Вот это «от» или «для» является основным, а как раз термин «свобода» — не более чем предикат.

Только, простите, «кашей в голове» (по причине увлечения феноменологией) я могу объяснить и фразу «сочетание процессов господства/принуждения и освоения/подчинения (ассимиляции)». Миша, да даже последние три слова означают разные явления! «Освоение» нельзя отождествлять с подчинением, а их, в свою очередь — с «ассимиляцией»!

По тем же причинам, я полагаю, Вы и Кургиняна уважаете [4], и полубезумную Ракитскую готовы всерьез воспринять, и на Фурса ссылаетесь [5]. Вы что, сами не способны фашизм от суперэтатизма отличить? Думаю, способны. Зачем тогда вообще о Ракитской упоминать? А если она завтра напишет, что нас всех контролируют инопланетяне, — Вы тоже будете писать «красиво, но не объясняет»? [6]

Или вот: Вы пишете: «человек читает книгу, и после этого согласно этой книге меняет свою жизнь. Что происходит с ним, когда он читает книгу? Это философский вопрос». Почему философский? Вовсе нет. Это вопрос социально-психологический. Никто (кроме идиотов) не меняет свою жизнь под воздействием одной-единственной книги (идиоты меняют — и не один раз: прочитал Раджнеша — отдал все имущество саньяситам и ушел в ашрам, потом прочитал Кастанеду — бросил ашрам и «подсел» на галлюциногены). Если человек заявляет о себе такое — он врет. Да, конечно, книга может так решительно перевернуть жизнь человека, что он потом будет склонен указывать на эту книгу как на эпохальный рубеж. Но это означает лишь то, что к моменту прочтения этой книги он уже был внутренне полностью готов к «перерождению», к восприятию этой книги как руководства к действию — и ему не хватало лишь последнего толчка.

Не упрощайте, пожалуйста, Ленина, не делайте из него идиота. Он идиотом не был. Ленин утверждал всего-навсего, что специфические условия жизни промышленного пролетариата XIX – начала XX вв. (в частности в России) не дают возможности рабочему классу (речь идет именно о классе, а не об отдельных рабочих — вспомните пример Дицгена) порождать общественные организации более высокого уровня, чем тред-юнионы. Рабочие вполне — на собственном опыте — способны «дойти» и до идеи классовой борьбы. Но не до идеи выражающей их интересы специальной политической партии, ставящей целью социальный переворот. Классовая борьба без социальной революции — это и есть тред-юнионизм. Это, простите, не относится к «жизни смыслов» (и, кстати, к какому-то специальному возвеличиванию роли «интеллектуалов»). Дело всего лишь в том, что политическая борьба требует профессионализации. Профессиональный политический деятель не может (объективно) быть одновременно промышленным рабочим (для этого ему надо разорваться надвое). Однако схема Ленина работает только для классического случая, когда рабочий класс не может заставить буржуазию признать и принять ситуацию, когда большие отряды представителей рабочего класса перестают быть профессионально рабочими и превращаются в «органических интеллектуалов» (по Грамши) — в освобожденных работников профсоюзов (у которых уже есть время на другую деятельность — не деятельность промышленного рабочего — и перед которыми стоит задача решать другие — политические — вопросы). В этом случае рабочие сами — конечно, с огромной потерей во времени — порождают политические партии, ориентированные на ликвидацию капитализма. Так было с тред-юнионами и Лейбористской партией в Великобритании. Ленин, обращаю Ваше внимание, писал о необходимости организации профессиональных революционеров, а не «профессиональных интеллектуалов». Из кого формировалась эта организация профессиональных революционеров, это уже не так важно. Большевистская партия формировалась в своей значительной части в том числе и из рабочих (таких как Бабушкин, Ногин, Калинин, Пятницкий и т.д.). Мне всегда неприятно, когда я сталкиваюсь с классовым снобизмом, как у Вас. Работяги, стало быть, грязь и дерьмо — и им в грязи и дерьме возиться, а великий философ Немцев будет за их счет философией заниматься? Ну-ну. Вы сами-то себе в такой конструкции не противны становитесь?

Как раз из актуальной политической борьбы можно легко вывести ценности, ради которых эта борьба ведется, — только это должна быть настоящая политическая борьба, а не фиктивная. Чтение философских книг — это не актуальная политическая борьба. У Вас преувеличенное представление о ценности и роли философии. Философия — временное явление в истории человечества. По мере развития прикладных социальных (гуманитарных) наук философия отомрет, станет ненужной. Сам факт существования философии есть свидетельство неразвитости этих наук. Со временем вся философия превратится в очень узкий блок методологических и мировоззренческих тем, которые можно будет лишь очень условно держать вместе (поскольку в реальности они «распадутся» по конкретным наукам в качестве общетеоретических и методологических разделов этих наук). Так это уже случилось, например, с натурфилософией. Или с философией физики и космологией (космогонией). Так это происходит сегодня с психологией — по мере развития инструментальных возможностей исследования в психологии. Кажется, Вам хочется заниматься ничем. Тем, что нельзя ни проверить, ни опровергнуть, поскольку нет ни фактов, ни экспериментов, одни рассуждения. Это трусость. Стыдно.

Как сказал один известный писатель, «будущего у этой профессии нет».

Мне осталось совсем непонятным, на чем Вы основываете свою убежденность, когда пишете, что из повседневности-де нельзя вывести прорыва к пониманию необходимости борьбы за лучшие условия существования. Напротив, именно из повседневности, из наблюдения над реальной действительностью и ее разительного несоответствия официально провозглашенным принципам (принципу равноправия, например — а понятие равноправия, скажем, в европейскую цивилизацию заложено еще христианством) это понимание и берется. Да, конечно, есть такие убогие субъекты, которые готовы быть рабами. Но они именно убогие. То, что их много, — не отменяет факта их убогости. Такие были всегда. А вот специальные усилия, направленные на то, чтобы основная масса населения была недумающей и убогой, предпринимались не всегда. Это уже — достижение капитализма. И капитализма позднего. Нет здесь ничего внесоциального. Наоборот — это все гиперсоциально. «Стихийный» культурный процесс остался давно в прошлом. Но и в прошлом он был не очень-то стихийным. Все «крамольное», что появлялось в культуре, безжалостно подавлялось. Вы кровавого избиения альбигойцев не забыли? Зверского истребления «народных ересей» (уравнительных всегда «почему-то»)? Правящие слои и классы всегда подавляли и искореняли ту часть культуры, которая им казалась — а уж тем более реально была — опасной. И, наоборот, поощряли «культуру» рептильную и — особенно — помогающую держать в покорности массы угнетенных. Почему средневековая культура в подавляющей степени — культура религиозная? Потому что нет такой религии, которая не ориентировала бы социальные низы на покорность социальным верхам.

Что, например, мы знаем сегодня о том пласте народной культуры, которая породила Жакерию и выступила в качестве идеологии Жакерии? Ничего. Мы знаем только, что победившие феодалы полностью уничтожили (как опасные) все документы на этот счет, включая и «материалы следствия». Только феодал Фруассар оставил нам «глубоко объективное» мнение, что-де восставшие крестьяне не имели никаких целей, кроме поголовного истребления феодалов по причине врожденной кровожадности. Вы это называете «стихийным культурным процессом»?

Нет «просто» «культурного процесса», автономного от материальной жизни. Есть культурные процессы, разнонаправленные, опирающиеся на культуры разных социальных классов и слоев, и — давно уже — разные политические и социальные устремления разных классов и слоев. Эти культурные процессы, действительно, «непрямо детерминированы» (как Вы верно написали) — но не «социальным процессом» (что это такое?!!), а экономикой. А вот процессами, происходящими в обществе, они детерминированы прямо.

Мне, кроме того, непонятно, на чем Вы основываетесь, когда пишете об «интеллектуальной безотходности». Огромное количество дураков написало (высказало устно) огромное количество глупостей. Если относиться всерьез ко всему этому (в рамках теории «безотходности»), то неизбежно придется самому опуститься на уровень дурака. Неужели это не очевидно?

И зачем Вы все время примитивизируете то, что я Вам писал? Я, исходя из опыта предыдущего письма, когда писал Вам «буржуазия изобрела феноменологию…», очень волновался, попадете ли Вы в расставленную ловушку. Вы попались. Значит, это не случайность, это особенность мышления. Вы не заметили, что я не написал: Гуссерль по заданию таких-то структур (инстанций, фондов) придумал феноменологию с целью отвлечения масс от насущных задач классовой борьбы. Я написал: буржуазия. Или Вы станете отрицать, что гуссерлианство — это типично буржуазное философское учение (эпохи власти буржуазии, конечно)? Где в гуссерлианстве хоть полслова о социальных проблемах? Это же предельно асоциальная философия! Кто заинтересован в замалчивании социальных вопросов? Всегдаправящие социальные классы, группы, слои. Какой социально-экономический строй существовал в Германии при Гуссерле? Вот Вам и ответ на вопрос. Кстати, еще вопрос: Гуссерль заведовал кафедрой, кажется, во Фрайбурге и Геттингене. Назовите мне, пожалуйста, университет, в котором в кайзеровской (буржуазной) Германии кафедрой философии заведовал марксист!

Я думал, что после предыдущего моего письма Вы мне все-таки напишете, что полезного (общественно полезного, а не полезного для получения денег тем или иным «научным работником») можно найти в гуссерлианстве. Но Вы уклонились от ответа на этот вопрос.

Теперь о «субкультурах» [7]. То, о чем мы спорим, это не субкультуры. Это — разные культуры, находящиеся в антагонистических отношениях друг с другом. Вам очень хочется быть (вернее, чувствовать себя, поскольку быть невозможно) «над схваткой», Вы хотите «знать всё» (и даже пишете, что как профессиональный философ «обязаны знать всё»). Знать всё, Михаил, не может никто (кроме, разумеется, монотеистического Бога — ему это «положено по должности»). Если Вы ориентированы на то, чтобы «знать всё», могу заранее сказать, что Вас ждет: Вы потратите на это всю Вашу жизнь — и так ничего путного и не сделаете; и лишь перед смертью (и то только в том случае, если эта смерть будет не внезапной) поймете, что прожили жизнь впустую.

С научной точки зрения к культуре относится все, что порождено человечеством. Всякая культура начинается с предметов материальной культуры (с ручного рубила, грубо говоря). Но это при изучении умерших цивилизаций — то есть посмертном взгляде — к культуре относятся хладнокровно и изучают равно всё (как зоолог изучает весь организм вплоть до содержания желудка и кишечника). А Вы говорите о существующем сейчас «мировом культурном процессе». Вы хотите при этом охватить всё, то есть обойтись без сепарации. Вы лжете мне. Вы уже сейчас сепарируете. Почему, если Вы не хотите «вырезать одну струю», Вы Гуссерля изучаете, а порнографию — нет? Порнография — такая же часть этого «мирового культурного процесса» современности! Потому что существует ярлык «серьезного» и «высококультурного» на феноменологии и ярлыки с обратными знаками — на порнографии? Так ярлыки можно и перевесить.

Как-то это все несерьезно выглядит. Впечатление такое, что Вы феноменологией увлеклись назло Вашему институту, где Вам навязывают аналитическую философию. Но Вы же не подросток, который назло взрослым в религиозном обществе провозглашал себя атеистом, а в советском обществе — православным? Или все-таки, несмотря на календарный возраст — подросток?

Хотите продвигаться к Истине — занимайтесь сепарацией. Все правы быть не могут — особенно если они противоречат друг другу и противоборствуют друг с другом. Неужели такая простая мысль Вам не приходила в голову?

Вы мне пишете о людях, которые «занимаются феноменологией» или «русской философией» [8]. Я не знаю, что такое просто «русская философия». Может быть, «русская религиозная философия»? Простите, но там, где есть религия, там нет настоящей философии. Вообще же, то, что кто-то чем-то занимается (и ему это интересно), — это не довод, не аргумент. Можно еще НЛО заниматься, столоверчением, поисками Шамбалы, уринотерапией, онанизмом, наконец. На Земле живет 6 с половиной миллиардов человек. Добавьте к ним тех, кто уже умер. Заниматься можно каждым из них. Каждый наделен разумом (или был наделен) — и, следовательно, каждый — это целый мир. Но надо ли? Может быть, все-таки стоит заниматься тем, что общественно важно, а не всякой ерундой?

И то, что кто-то занимался чем-то «всю жизнь», тоже, простите, меня ни в чем не убеждает. Маркиз де Альвейдр всю жизнь занимался «доказательством» того, что известной нам человеческой истории предшествовала многотысячелетняя всепланетная Империя Рама, — так что, прикажете тоже это всерьез изучать? А Блаватская — она что, своей ерундой не всю жизнь занималась? Может быть, Вы и «Трактат о семи лучах» Алисы Бейли изучаете? Креационистская точка зрения на происхождение человека тоже в этом смысле очень хороша. А равно и идея происхождения землян от фаэтонцев.

Почему я предпочитаю Сартра и Маркузе Бердяеву? Потому, что Бердяев не породил ничего общественно значимого. Никакого движения и явления, меняющего мир — и все, чем мог похвастаться, это что его «Новое Средневековье» вызвало бурный восторг у нацистов и эсэсовские офицеры в оккупированном Париже считали своим долгом посетить автора «Нового Средневековья» и преподнести ему в подарок шампанское и разные деликатесы. А без Маркузе и Сартра не было бы «молодежной революции» 60-х, без которой не стало бы очевидно, что предыдущий этап развития социалистической мысли и социалистического движения исчерпан.

Тут как раз показателен пример Вашего любимого Аверинцева. Аверинцев занимался, в частности, поздней византийской поэзией. Очень подробно занимался. При этом сам признавал, что авторы, которыми он занимается, неталантливы, неоригинальны, совершенно вторичны (и даже двунадесятеричны), занимались перепевами и «перекомбинаторикой» чужого, что явление это — тупиковое, ничего не породило, ни во что не развилось. Спрашивается: зачем тогда он ими занимался? А из интеллектуальной и личной трусости. Совершенно неопасная тема, никто к ней придираться не будет. Кстати, и конкурентов нет: никто, кроме него, этим не занимается — значит, никто и не оспорит.

Вы напрасно думаете, что Аверинцев занимался каким-то «просвещением». Я имел несчастье с ним сталкиваться лично и могу Вам ответственно сказать: никаким «просвещением» он не занимался. Он занимался только тем, что ему было эмоционально близко (и интеллектуально легко), — и очень нехотя (только потому, что этого требовали советские «правила игры») что-то сообщал окружающим. Это был типичный случай человека, который удовлетворял собственное любопытство за государственный счет.

Поймите, я ведь не против того, что Вы не хотите состоять в «левой тусовке». Я — за. Прекрасно, что не хотите. Всякая «тусовка» — пустая трата времени и сил. «Левая тусовка» (как всякая другая) действительно отучает думать, тут Вы абсолютно правы. Но Вы почему-то полагаете, что «думать» — это проявлять теоретическую всеядность, всё принимать и грести под себя. Наоборот — это тоже форма «недумания».

Кстати, как раз Негри, на которого Вы ссылаетесь, — показательный пример. «Классический» Негри, Негри периода того, что Вы, не зная реалий, обзываете «субкультурой» (то есть Негри 60–70-х, прямой борьбы с Системой в Италии), на голову, если не на десять голов, выше Негри сегодняшнего, аморфного и полупопсового «раскрученного» Негри, включенного в мейнстрим в качестве официального «крайне левого» крыла. Вот сейчас Негри — «тусовщик». Сейчас, а не тогда. Сейчас, когда он не сидит в тюрьме, а пишет бестселлеры. Сейчас, когда он «признан». Только у него «тусовка» не мелкая, а «почти великосветская». Но суть «тусовки» от места «тусовки» не меняется.

Эта разница объясняется тем, что тогда Негри участвовал в непосредственной борьбе, в деле, а это отменяет «тусовку». Либо дело, либо «тусовка». У Бузгалина (или КРИ, или МЛФ) — именно «тусовка». Поэтому они Системе не страшны. И наоборот: поскольку они Системе не опасны, они ничем и не могут быть, кроме «тусовки».

Еще раз повторяю: то, что Вы не хотите тратить свою жизнь на такие «тусовки», — это же замечательно!

Плохо лишь то, что Вы «политтусовку», кажется, решили подменить «академической тусовкой». Ну да, «академтусовка» вроде солиднее выглядит, там академики встречаются и т.д. Как Вы говорили — по другому поводу — «выглядит красиво».

Я также решительно возражаю против того, что Вы отождествляете мои взгляды с подходом каких-нибудь комсомольцев или КРИшников-тусовщиков. Не надо примитивизировать мою позицию, я Вас к этому уже призывал. Вы, мне кажется, читали лишь небольшое количество моих текстов — но уже сделали обобщающие выводы. Не рано ли? Это у Вас, боюсь, влияние гуссерлианства, замена разумного познания «вчувствованием». Я, например, ненавижу капитализм как социально несправедливый и экономически преступный строй, при котором благополучие одних — как правило, далеко не лучших — базируется на угнетении и истреблении других, хотя эти другие по меньшей мере ничем не хуже первых. А Вы считаете почему-то, что я ненавижу капиталистов. Капиталисты-то как раз бывают разные, в том числе и потому, что разными путями (например, по рождению) попадают в свой социальный класс. Савва Морозов и Николай Шмит, например, финансировали большевиков (а Шмит и сам был членом РСДРП). Энгельс происходил из семьи фабриканта, Адорно — из семьи банкира (то есть финансового капиталиста), как и Лукач. И т.д. Попрошу без примитивизации.

Чтобы наша переписка не приняла характер не имеющих выхода на практику препирательств, решусь Вас спросить: а не возьмете ли Вы на себя труд стать в Новосибирске распространителем журнала «Скепсис»? Вот-вот выйдет из типографии свежий номер. Хороший номер (по содержанию), нужный и серьезный. Не газета КРИ и не журнал «Альтернативы» [9]. В Новосибирске у «Скепсиса» контактов нет. А в свете того, что сурковские (видимо) сволочи взорвали и сожгли магазин «Фаланстер», надежд на то, что приедут в Москву сибиряки и купят в «Фаланстере» журнал, у меня нет.

Если хотите, я пришлю для изучения вышедшие номера. …

Ваш АН

1 августа 2005

Третье письмо

Здравствуйте, Михаил!

Мы с Вами, действительно, постоянно друг друга не понимаем. Боюсь, это фатально.

Вот, например, о «жизни и развитии идей». Вы мне об антропоморфизме и о том, что упоминание голов не объясняет, почему одни идеи в этих головах закрепляются, а другие — нет. А ведь я не к словам придирался. Все мы понимаем, что имеют в виду, когда говорят «развитие идей» (кстати, «жизни идей» действительно нет). Но я опять вижу, как Вы изгоняете из своих рассуждений реальность, которую Вы презрительно обзываете «массовыми движениями» [10]. А между тем: если лишить Вас доступа к информации, то как Вы узнаете даже просто о существовании (не говорю: о закреплении) тех идей, информация о которых к Вам не поступает? На общественной арене одни идеи пропагандируются, другие — замалчиваются и/или подавляются. Это естественно. Не хотите этого видеть — не надо. Я свои мозги Вам в голову пересадить не могу.

Вы, например, даже не задались вопросом: почему о Гуссерле Вы знаете и можете его прочесть, в том числе и по-русски, а о Дус Сантусе — не знаете и не можете прочесть (он не то что на русский, но в большинстве своем на нынешний «международный научный язык» — английский — не переведен). За Вас уже решили, что Вы можете или должны изучать, а что — нет. А Вы и рады быть объектом манипуляций. (Кстати, Вы не задумывались над тем, а почему, собственно, именно английский язык является «международным научным»? — Для нюансов логики лучше всего приспособлен французский, для нюансов математики — немецкий, для максимально точного описания культурологических тем — романские (французский и итальянский) и славянские (русский, польский, чешский), самый распространенный язык в мире — по числу носителей языка — китайский. Так почему английский-то?)

Опять же мы не понимаем друг друга, говоря о классовом снобизме. Вы априори полагаете, что я — только потому, что живу в столице — как сыр в масле катаюсь и эксплуатирую свое положение «анфан террибля» от политологии. А вот и не катаюсь. Представьте себе, живу я бедно. Во всяком случае, поехать в другой город для меня — проблема. Печатают меня далеко не везде, для подавляющего большинства изданий я слишком радикален (у некоторых редакторов возникали проблемы по службе из-за предложений меня напечатать). Даже взятые у меня интервью не выходят в свет из-за этого «радикализма» (а ведь когда люди берут интервью, они, очевидно, имеют представление о том, у кого берут). 15 лет совершенно каторжной работы потрачено на то, чтобы создать хоть какую-то площадку, на которой можно закрепиться и с которой публично озвучивать свои взгляды и идеи. А Вы: «анфан террибль»!

Вот Вы пишете, что живете не за счет рабочих, а за счет своего института и буржуйских фондов. А институт откуда деньги берет? Из воздуха? Нет — из госбюджета. То есть из моего, в частности, кармана (я от государства ничего не получаю, я лицо свободной профессии). А я, между прочим, согласия на финансирование Вашего института не давал. Я вообще не уверен, что этот институт должен существовать. А буржуйские фонды откуда деньги берут? Сами печатают? Нет. Это превращенная в дензнаки прибавочная стоимость. Это присвоенный чужой труд. Вот тут давайте вернемся к 11 сентября. К моему глубочайшему сожалению, 11 сентября — это провокация американских спецслужб, «третий мир» оказался не способен (пока) нанести ответный удар. А право на это имеет. Иначе получаем: одна страна вправе уничтожать голодом, эксплуатацией и просто оружием миллионы людей, а другая сторона должна покорно это терпеть. Почему?

Да, конечно, именно первая сторона (в лице западных фондов) подкармливает Ваш институт грантами — но это не основание ей все прощать. Впечатление такое, что Вас не интересует реальность, а интересуют только абстрактные рассуждения. А я помню замечательный документальный фильм, снятый американскими левыми — «Zoned for Slavery». Там исследовался вопрос, почему в США вполне качественные хлопчатобумажные майки («тишотки») стоят по 3 доллара — явно меньше себестоимости. И создатели фильма проследили всю производственную цепочку. Сначала — Египет. Феллахи, купленные на корню американской корпорацией, выращивают за совершенные гроши, в скотских условиях, хлопок. Затем этот хлопок корпорация перебрасывает в Пакистан на принадлежащую ей ткацкую фабрику. Там, в хлопковой пыли по 12 часов в сутки рабочие перерабатывают этот хлопок, делают из него нить, потом ткань. Фабрика — совершенно классическая капиталистическая фабрика XIX века, как в учебниках. Платят копейки, охрана вооруженная, все рабочие поголовно больны легочными заболеваниями, через несколько лет все — инвалиды, обреченные на скорую смерть. Затем ткань перебрасывают на фабрику в Кот д’Ивуар, где и шьют майки. Там вообще фабрика — концлагерь! Рабочая зона, оплетенная колючей проволокой, охраняется правительственной армией. Никакого трудового законодательства. В недовольных стреляют. Рабочие живут рядом, в бараках, также за колючей проволокой («жилая зона»!). Затем готовые майки перебрасывают в Гондурас. Здесь еще одна фабрика за колючей проволокой, тоже охраняется правительственными солдатами. На этой фабрике работают только женщины. Платят тоже копейки. Не умирают женщины лишь потому, что живут в хижинах в окрестностях, питаются тут же растущими овощами и фруктами (тропики!), то есть не тратятся на квартплату, на обогрев жилья, на потребление мяса и т.п. продуктов, на транспорт, на санитарно-гигиенические нужды и прочее. На этой фабрике на майки пришивают лейблы известных американских фирм — и товар как американский — то есть беспошлинный — ввозится в США. Его потому и можно продавать за пару долларов, что прибыль основана на чудовищной экономии на рабочей силе. Экономии, убивающей людей в странах «третьего мира». Майки эти покупают обычные, средние американцы. Следовательно, они оказываются коллективным эксплуататором и коллективным убийцей людей из стран «третьего мира». Последние имеют право на возмездие. Дело не в том, что я, как Вы решили, разделил всех на людей и нелюдей, которые недостойны жалости. А в том, что мир уже разделен на тех, кто де-факто признается людьми, и тех, кто этими людьми почему-то не признается. Так вот: я на стороне этих последних. Их уже поставили в положение жертвы — ни за что ни про что, только потому, что они — слабые. Они Вам не нравятся: они неграмотные, они грязные, они ничего не слышали про Гуссерля, они только и умеют, что майки шить. А вот те, кто живет за их счет, они, конечно, грамотные, чистые, знают, что такое философия, и работали за компьютером в ВТЦ. Они Вам ближе. И если с ними что-то случилось, они, конечно, достойны жалости в отличие от первых, чуждых.

Нет, Миша, все люди имеют равные права (в смысле: права на реализацию этих прав). И если одни лишают других этих прав, то вторые имеют право — и обязаны — ответить первым тем же самым.

Каким бы дураком и уродом ни был рабочий и крестьянин, он производит общественно необходимый продукт: еду, обувь, мебель, гвозди, наконец. Это не надо доказывать, это многократно проверено практикой. А вот производит ли философ общественно необходимый продукт — не факт. Одни производят, а другие — нет. Деятельность одних философов общественно полезна — как Вы пишете, «те же груши, вид сбоку», а деятельность других — общественный паразитизм.

Вы написали, что участвуете в общественном разделении труда. Это — правда. Но не вся правда. Вся правда выглядит так: бывает общественно полезное (прогрессивное) разделение труда, а бывает общественно вредное (реакционное) разделение труда. Вы сделайте что-нибудь полезное для общественного прогресса, для социального освобождения пусть не всего мира, но хотя бы собственной страны, а затем уже гордитесь своим привилегированным местом в общественном разделении труда (оно у Вас именно привилегированное: Вы не в земле ковыряетесь, не в горячем цеху задыхаетесь и не мешки на горбу таскаете). Вы мне можете, конечно, сказать: а что общественно полезного сделал вот этот рабочий или крестьянин, на которого Вы ссылаетесь? — чем произведенный им хлеб или, допустим, гвоздь приблизил социальное освобождение? Дело в том, Миша, что произведенный им продукт — продукт обезличенный. Он может быть использован и сознательным борцом за дело социального освобождения (как хлеб — съеден, как гвоздь — использован для чего угодно: для забивания ящика с оружием, для вколачивания в череп полицейского). А производимый Вами продукт — идеологический и авторский, он по определению не может быть обезличен. Прогуссерлианский текст — хоть тресни — не ведет к социальному освобождению. Никогда и нигде не выступал такой текст в качестве теоретической основы для движения социального освобождения. Но, впрочем, я понимаю, что Вам это не интересно. А мне Ваш Гуссерль не интересен. Совершенно. Есть много гораздо более умных и талантливых авторов.

Вы делите людей по развитию самосознания. Интересный критерий. Знаете, у профессионального уголовника очень развито самосознание [11].

Еще о философии. Вы просто отмахиваетесь от того, что я Вам пишу. Не в философии вообще нет эксперимента (как механизма проверки), а в Вашей философии. Нормальная социальная философия предполагает проверку теории практикой. Вот такой философией и надо заниматься. А не кричать, без подтверждения крика фактами: «глупость!». И почему это Вам смешон пример психологии? Психология как раз добилась грандиозных (по сравнению со своим «философским периодом») успехов, начиная от методологических и кончая прикладными. Да если хоть одному человеку эта «нефилософская» психология практически помогла — и то ее существование уже оправдано. А что толку от Вашего балаболки и шарлатана Мамардашвили? [12]

Увлечение Сартра феноменологией — это не сильная, а слабая его сторона. Сильная — то, что он ушел от феноменологии к марксизму.

Теперь о проблемах сознания. Феноменологическая «методология» — не методология вовсе. То, что эта «методология» уже есть, — не аргумент в пользу ее применения. Паровоз тоже уже есть. Это не значит, что он предпочтительнее электровоза или самолета. Наоборот, игнорировать презрительно практическую психологию, занимаясь «проблемами сознания», — это как раз и есть признак непрофессионализма! Всякие рассуждения о проблемах сознания, не опирающиеся на эмпирические данные — пустая болтовня [13].

Вы, по-моему, сознательно отбрасываете от себя те темы и вопросы, которые Вам неприятны. Иначе бы Вы не отмахнулись так просто от моего примера насчет марксизма или структурализма в Древней Греции. И не спрашивали бы, зачем я вообще это написал. Затем я это написал, чтобы поставить Вас на твердую почву фактов, вытащить из пустопорожних схоластических рассуждений. А именно: если идеи не развиваются на социально-экономической основе, то нет и не может быть запрета на возникновение марксизма в Древней Греции. Вы же мне написали, что марксизма в Древней Греции «не было и быть не могло». Значит, признаете примат экономико-социального базиса. Хотя сами же это и отрицаете.

Возвращаюсь к практическим вопросам. Я понял, что «Скепсис» Вам не интересен. Но я не понял, зачем Вы предлагаете прислать его, чтобы Вы разнесли, как «Альтернативы», по окрестным библиотекам. Мне кажется, что если читатель ничего не знает о журнале, он его в библиотеке и не будет спрашивать. Или у Вас там в библиотеках налажена какая-то внутренняя реклама? Ничего не понимаю [14].

Успехов Вам,

Ваш АН

22 августа 2005

Четвертое письмо

Миша!

Я от нашей с Вами переписки катастрофически устал. В частности, потому, что Вы постоянно читаете не то, что я пишу, а то, что Вам хочется прочитать. Это — не диалог. Это напоминает разговор врача с шизофреником, когда больной отвечает не на вопрос, а выловив из речи врача какие-то слова, продолжает, как ему кажется, тему.

Для меня идеология — это не ругательство (как для Маркса), поскольку с тех пор прошло уже много времени и сегодня я понимаю, что идеология — это опрокинутое в практику мировоззрение. Нет неидеологизированных философских систем. Есть лишь люди, не желающие (из корыстных соображений) или не способные (по причине умственной ограниченности) это понять. Кроме того, естественно, властные структуры заинтересованы в сокрытии идеологизированности философских (и религиозных, например) учений. Если Вам непонятна идеологизированность Ваших взглядов — это признак Вашей умственной ограниченности (я раньше писал: «Вашей интеллектуальной трусости», простите, я был не прав).

«Расстановка по полочкам» — признак мышления категориями. Да, конечно, в природе «полочек» нет (кажется, я об этом уже Вам писал), есть объекты и феномены. Категориями мы пользуемся в силу ограниченности познавательных способностей человеческого разума. Это — приспособление для познания. Но без категорий (то есть без «полочек») и познание невозможно. Вы напрасно назвали меня «советским человеком». Вы советских людей просто не помните, а беретесь судить. По текстам чудовищных советских книжонок 70-х годов ни о «советском человеке», ни о советской «философии» составить представление нельзя [15]. Тексты не имели никакого отношения к действительности. «Советский диамат + истмат конца 1970-х гг.», о котором Вы написали, это произнесение (в том числе печатное) формул, лишенных содержания. Эти формулы и тогда не работали — формулы, а не «формы сознания». «Формы сознания» работают, если позволяют исследовать действительность, познавать ее и воздействовать на нее — сейчас или в перспективе. У меня-то это получается. А Вы перед собой такой задачи — изменить действительность — даже и не ставите.

Это не я — «последний советский человек», это вы — типичная жертва постсоветского эклектистского «философского» базара. Вы напрасно пишете о себе «субъект». Жертва — всегда объект. Мне Вас жалко.

Знание меня интересует. Но знание для меня — это объективная, проверяемая, подтверждаемая, проанализированная и концептуализированная информация о реальности. А Вы, похоже, именуете «знанием» всякую информацию. Вот я напишу: никакого Немцева нет, это один из псевдонимов Иткина [16], — это будет «знание»? А ведь это тоже информация.

Ваша наивность поразительна. Совершенно случайно я кое-что знаю об издании Гуссерля на русском языке. Картина не так идиллична, как Вы ее описываете. Например, «Идеи к чистой феноменологии» изданы были на деньги Фонда Сороса. Я даже случайно знаю, сколько на это выделили денег — 40 тысяч (подозреваю, что часть денег украли, но не это важно). Вы только мне не говорите, что Фонд Сороса — это идеологически нейтральная структура, образец благотворительности и т.п., не смешите мои тапочки. А вот как раз с Дус Сантусом все было наоборот: был момент, когда в разные фонды обращался Кива Майданик с предложением издать Дус Сантуса. Ему там: а это кто такой? Майданик: выдающийся латиноамериканский социолог. Ему: хорошо, приносите заявку. Приносил. Рассматривали. Выясняли, что речь идет о левом теоретике. В обязательном порядке отказывали. Мало ли, что концепции Дус Сантуса 60-х годов блестяще подтвердились в 80-е? Левых не надо! «На веб-сайте», говорите, кто-нибудь бы вывесил? А кто это у нас а) знает в совершенстве бразильский португальский, б) знает на португальском и на русском философскую, социологическую и экономическую терминологию, в) прекрасно знает историю и реалии Латинской Америки и, в частности, Бразилии и «стран треугольника», г) такой богатый, что может позволить себе ничего не делать, кроме как 600-страничный труд переводить (это же года два работы!) и д) способен это бесплатно разместить в сети (убедить хозяев сайта, что это надо, или иметь собственный сайт)? Вы много таких людей знаете? Я — ни одного.

Это — не вопрос ценности текста. Это вопрос денег. Презрительно высказываясь о нечитанном Вами (в отличие от десятков, если не сотен тысяч латиноамериканцев) Дус Сантусе, Вы просто-напросто демонстрируете собственное невежество [17]. Кто тогда дал Вам право осуждать Арсланова? (Кстати, последний кое-что у Хайдеггера читал, в частности, «Разговор на проселочной дороге» и «Положение об основании» — это я Вам говорю как человек, давно Арсланова знающий.) [18] То, что Вы так уверены, что Гуссерль — великий, а Дус Сантус — неизвестно кто, свидетельствует исключительно о несамостоятельности Вашего мышления.

Понимаете, это у Вас — «предзаданная система представлений о реальности», как Вы сами написали: Вам сказали, что Гуссерль — это величина, а Вы и поверили. Только не говорите мне, что такие-то авторы с этим согласны. Это — как раз признак авторитарного мышления. И не говорите, что «разжевывавшие» Гуссерля гуссерлианцы Вас «убедили» в его величии. Такое обсасывание гуру, «раскрытие» «глубочайшего смысла» его текстов, навязывание читателю его, гуру, «логики» и терминологии можно применить к кому угодно. Пример: Рон Хаббард.

Вы пишете: «Без Гуссерля невозможно представить философию XX века». Если для Вас философия (любого века) — синоним истории заблуждений, то Вы правы. Но не слишком ли это глупо — изучать все заблуждения?

То же и с английским языком. Вы не понимаете, что я написал. Конечно, любой язык хорош для чего угодно — но это если его специально развивать [19]. Для этнологических и культурологических текстов польский до сих пор развит лучше английского, точнее передает нюансы и детали, разными терминами в каждом отдельном случае (по три разных на один английский!). То же и с французским языком — в соответствующих английских текстах французские термины просто полностью заимствуются (благо английский это позволяет: в нем все абстрактные термины, как известно, взяты из французского — это наследие норманнского завоевания)! «Исторически получилось» — не объяснение [20]. Объяснение — это когда показывают причины, почему так «исторически получилось». А причина в том, что став сверхдержавой, США стали проводить политику культурного империализма и сознательно навязывать зависимым от них государствам английский язык в качестве второго языка — а затем и первого. Вы знаете, что 95 % всей научной литературы в Нидерландах выходит не на нидерландском, а на английском? А в Швеции — 85 % [21].

Вы правы, когда говорите, что сегодня, в однополярном мире и в условиях мирового разделения труда все мы, пользователи PC IBM включены в цепочку эксплуатации. То есть все мы виновны. Только и исключительно деятельность по уничтожению всей этой машины эксплуатации может смыть с нас эту вину [22].

Следующее. Мы друг друга опять не понимаем. Я нигде не писал, что кто-то (например американцы) — не люди, а животные. Животным никаких претензий предъявлять нельзя. Людям — можно и нужно. По-Вашему, я должен всех равно уважать. И Гитлера?

Знаете что, вот когда эти уважаемые Вами равно со всеми другими люди (потому что люди, а не звери) посадят Вашего ребенка на иглу и заставят торговать собой на улице за дозу — тогда давайте вернемся к нашему разговору. Только ребенка уже будет поздно спасать. Из-за Вашей же глупости. Но если Вам так легче — то есть Вам нужно уважать всех людей, даже и убийц Вашего ребенка — я опускаю руки.

Если Вы не понимаете, что уважение — это следствие, а именно: следствие определенных действий (так же, как, например, презрение), то я не знаю, как и о чем с Вами говорить.

Далее. Паразиты в философии — это не те, кто «плохо работает», а те, кто работает хорошо, но отравляет общественное сознание ложью — вроде Хантингтона с его фашистским «столкновением цивилизаций». Вы опять не стали читать, что я написал, а написал я все предельно четко. Зачем тогда переписываться?

Вы написали чудовищную вещь: «Критерий практичности научного (и с ним, в данном случае — вместе- философского) знания — это внимание профессионального сообщества. Именно не признание, но внимание. Некто А пишет текст. Его читают, спорят, и пусть каждый считает нужным написать, что не согласен… но текст — работает. Тексты паразитов не работают, и внутри сообщества это сразу видно. Вот и все». Значит, корпорация сама решает, нужна она обществу или не нужна — за общество! А если корпорация состоит из фашистов? Из посредственностей? Из шарлатанов? Корпорация оракулов в Древнем Риме тоже сама решала, нужна она римлянам или нет, — и мы про этих оракулов знаем, что они, встречаясь друг с другом, не могли удержаться от смеха. Вы, я вижу, обнаглели. Вы считаете, что общество существует для Вас. Ничего подобного. «Внимание профессионального сообщества» — вообще не критерий. Критерий — это подтвержденный общественной практикой положительный результат деятельности. А Ваше «профессиональное сообщество», я помню, причитало: «Ах, Фукуяма, ах, Фукуяма, ах конец истории, ах, конец истории!» (то есть «текст», по-Вашему, «работал»). А потом случилось: восстание сапатистов, выступления «антиглобалистов», 11 сентября, война в Афганистане и Ираке — и стало очевидно, что Фукуяма — дурак и никакого «конца истории», конечно, не было и нет. Но это не Ваше паршивое «профессиональное сообщество» выявило и доказало, это общественная практика независимо от Вашего «сообщества» и вопреки ему показала — и ткнула Ваше «сообщество» носом в эту чудовищную лужу, как тыкают нашкодившего щенка. А что же «профессиональное сообщество»? Повинилось? Посыпало голову пеплом? Призналось в глупости и обещало исправиться? Ни фига! Плюнь в глаза — скажет: «Божья роса»!

Когда Вы крестьянина вообще смешиваете с отброшенными ре-капитализацией России на уровень натурального хозяйства (то есть к XVIII веку) алтайскими крестьянами, я не понимаю, как с Вами разговаривать и о чем. То есть увидели Вы пьяных, утративших смысл жизни, не желающих вкалывать практически за бесплатно алтайских крестьян, производящих продукт только для себя (кстати, в сложившихся условиях — здравый подход!) — и решили, что сельскохозяйственное продовольствие теперь не производится крестьянством, а, видимо, с неба падает. Или же производится, как у Вас, судя по дальнейшему тексту выходит, «веб-дизайнерами, верстальщиками и т.д.»? Вы в своем уме?

Объективный критерий общественной полезности: деятельность, ведущая к социальному прогрессу [23]. …

Мне надоело спорить ни о чем. У Вас нет отдельной разработанной теории, применимой к социальной действительности. Следовательно, мы не можем проверить в общественной практике Ваши пустопорожние, никому не нужные и не интересные, кроме Вас, рассуждения.

Вы даже не способны ответить мне на вопрос, почему марксизм не возник в Древней Греции! Вы стали ссылаться на «принцип историзма», писать, что «примат экономико-социального базиса» — «понятие из старых-старых споров», из «прошлой эпохи», и т.п. За модой гонитесь? Если Арбатова — наша современница, а Шекспир был давно-давно, то Шекспир, понятное дело, неинтересен и из «прошлой эпохи», а Арбатова, напротив — «наше всё»? Или, если Вам удобнее говорить о философии: раз Рыклин — наш современник, а Кант — из «прошлой эпохи», то Кант, стало быть, тля в сравнении с Рыклиным? Это, простите, полная глупость.

Марксизм не возник в Древней Греции потому, что а) для возникновения марксизма нужно было, чтобы капиталистические отношения развились и победили хотя бы в группе стран, продемонстрировав свою неслучайность и проявив характерные черты; б) чтобы возникло политическое движение (и политические организации) нового угнетенного класса, который породил бы — пусть и в утопической форме — собственную классовую идеологию; в) чтобы наука (в том числе обязательно экономическая) развилась до уровня осмысления законов функционирования сложных систем с большим количеством вводных переменных — и могла проверяться практикой, и г) чтобы способность к построению теоретических диалектических систем была общественно востребована для приложения их непосредственно к экономике и политике (и не вообще, а к конкретным странам). Самый главный фактор — первый. Нет капитализма — нет марксизма.

Мой вопрос — не «дурацкий». Ругаться я и сам умею. То, что Вы оказались не в состоянии ответить на такой простой вопрос, говорит против Вас. Как и Ваши вопросы «Что такое эмпирические данные в исследовании сознания? Вы знаете, о чем говорите? Что можно в этом случае считать эмпирическими данными, и есть ли вообще «эмпирические данные» в исследовании сознания? Если да, то в какой форме? Что Вы такое имеете в виду?». Простите, у Вас такой предмет, как «психология», был? Или «история психологии»? Или «естественнонаучные основы психологии»? Или «психофизиология»? Вы вообще о прикладных психологических исследованиях что-нибудь знаете?

Еще меня поразила Ваша отсылка к Жеглову [24]. Да чему же Вас, черт возьми, учили, если Вы не поняли, что Вайнеры на этом примере демонстрировали конфликт ценностных систем? Это же как раз философский вопрос! Вайнеры — дураки, поэтому этот этический конфликт представили как конфликт формальных норм и продуктивного действия. Им и в голову не приходит, что можно и формальные нормы такие установить, которые легально и в обязательном порядке предпишут подлог или, скажем, применение пыток (последнее в истории было много раз). Они «геройски» в этой жегловской сцене выступают против «нарушений социалистической законности», то есть против Сталина (это называется фига в кармане — потому что по отношению не к уголовникам, а к политическим эти формальные нормы никто и не думал применять!).

Развитым самосознанием обладает у нас сейчас профессиональный уголовник. А он, кстати, в массе своей не в лагере (там в основном случайные уголовники), а у власти. Он вам всем еще гранты будет выделять. А Вы все перед ним будете пресмыкаться.

И последнее. О теории и практике [25]. Да, я в отличие от Вас, точно знаю, что я имею в виду, когда говорю о теории и практике. Одни и те же термины в разных школах и направлениях имеют разный смысл. Вы хотите охватить все смыслы. Это — глупость. Вы мне напоминаете городского дурачка из интеллигентной семьи, который молился сразу и Христу, и Будде, и Магомету, и Вишну, и Перуну, и летающим тарелкам.

Я Вас, понятно, ни в чем убедить не смогу. Боюсь, кончите Вы глубокими поклонами в ближайшей церкви, отказом от самостоятельного мышления и принятием ответов на все вопросы из уст местного вороватого и нетрезвого батюшки. Я много таких случаев видел.

Ваш АН

10 сентября 2005

P.S. Я посмотрел, на какие мои вопросы Вы не захотели (или оказались не в состоянии) ответить. Итак:

1. Какие именно «результаты» получены феноменологами?

2. Кому нужно Ваше «восприятие… своим телом», кроме Вас?

3. Как можно на основе феноменологии «изгнать из социальной мысли субъективизм»?

4. Я — приведя конкретные примеры из истории — спросил Вас, где же Вы увидели «стихийный культурный процесс»?

5. На чем основана Ваша вера в «интеллектуальную безотходность»?

6. В каких университетах кайзеровской (буржуазной) Германии — одновременно с Гуссерлем — кафедрами философии заведовали марксисты?

7. Что социально полезного (для развития общества в сторону от эксплуатации и отчуждения) можно найти в гуссерлианстве?

8. Почему, раз Вы хотите охватить «весь мировой культурный процесс», Гуссерля Вы изучаете, а порнографию — нет?

9. Как «без сепарации» Вы будете сводить воедино все противоречащие друг другу учения, концепции, гипотезы и даже термины?

10. С чего Вы взяли, что религиозная философия имеет какое-то отношение к философии (как науке наук)?

11. Как Вы — чисто физически — собираетесь охватить всё?

12. Как Вы узнаете о существовании таких идей, информация о которых от Вас скрывается?

Более мелкие вопросы я не считал, а также и те, на которые Вы не ответили, но которые, как мне кажется (даже если только кажется), снялись в процессе дальнейшей переписки — вроде марксизма в Древней Греции.

Миша, Вы что, сознательно надо мной издеваетесь? Считаете ниже своего достоинства отвечать на вопросы какого-то там «последнего советского человека»? Я в такой манере с Вами общаться отказываюсь. Я в такой манере не позволил с собой общаться заместителю Андропова.

АН

10 сентября 2005

Послесловие

Немного о дальнейшей судьбе моего корреспондента.

Разумеется, юношеские увлечения «Альтернативами» и вообще марксистскими идеями у него быстро прошли — как это уже бесконечное число раз бывало с либералами во всех странах. Очень быстро Немцев догадался, что надо делать, подсуетился — и получил соросовский грантик в Центрально-Европейский университет (ЦЕУ), где и защитил магистерскую диссертацию на заведомо беспроигрышную тему «Как формировалось движение сексуальных меньшинств в постсоветской России?». Поскольку он при этом числился в аспирантуре в Новосибирске, на следующий год после Будапешта он защитил кандидатскую по истории философии на такую никому, кроме него самого и узкого круга подобных, не нужную тему, как «Содержание и значение “философского текста” в философской герменевтике XX века» — и влился в большую и маловдохновляющую корпорацию отечественных преподавателей философии, над которой раньше (в 2005 году) сам же смеялся [26].

Дальше — все очень обычно. Обычное преподавание. Писание никаких, дюжинных, некомпетентных и невразумительных (чтобы не выглядеть «бунтарем») статей для кого угодно — от бузгалинских «Альтернатив» до «Гефтера» Павловского и «евразийского журнального портала» «Мегалит». Соблюдение известных правил игры: если Немцев печатался в «Альтернативах», то он, конечно же, расшаркивался перед Бузгалиным и свою статью униженно называл «примечаниями к… работам Бузгалина» [27], если в «Гефтере» — то никаких восхвалений Бузгалина там, естественно, уже не было, а была выдержанная в духе идей Павловского советско-антисоветская консервативная линия (это особенно хорошо видно по статье Немцева «Моральное разорение» [28] — интересно, что в своем ЖЖ Немцев характеризует советское прошлое не просто не так, как в этой статье, а воинствующе противоположным образом: в статье это прошлое — «общество моральной экономики», а в ЖЖ — «говно» [29]. Интересно, где Немцев излагает свои настоящие взгляды? Интересно также, что у себя в ЖЖ Немцев просто и незатейливо характеризует Павловского как «строителя уже этой ныне работающей машины утопления в говне / возвеличивания говна» [30]). Параллельно этому — публичная болтовня ни о чем, которая, что важно для Немцева, никем не осуждается, а воспринимается как нечто само собой разумеющееся (тексты в «Мегалите» и в «Трамвае» [31]). Сочинение стихов — мейнстримовских, лишенных собственного лица, подобных тысячам таких же, размещенных в сети [32]. Провозглашение — сейчас все можно — себя «антропологом» и публикация на антропологическом сайте пустопорожней болтовни в жанре «взгляд и нечто» [33]. Уверенное погружение в болото «либеральной общественности».

Наконец, в 2015 году — переезд в Москву (правильно, разве ж в Новосибирске есть перспективы для такого талантливого человека?). При этом по старой привычке (рессентимент) Немцев продолжает в ЖЖ клеймить москвичей как «маленькую расу господ» [34]. Впрочем, Москва — это, конечно, лишь ступень. Немцев, надо думать, как все представители его среды, рассчитывает перебраться в страну «первого мира» (это я вывожу, в частности, из его резюме в ЖЖ, согласно которому «там (в СССР и в постсоветской России. — А.Т.) вообще жить нельзя» [35]). Эту публику прекрасно описала Агнесса Домбровская [36]. Вполне вероятно, что у М. Немцева это со временем получится: правила игры (как выглядеть «своим» и «не дразнить гусей») он выучил — достаточно вспомнить, что он еще в 2007 году, обучаясь в соросовском (то есть демонстративно пропопперовском) ЦЕУ и защищая там магистерскую — написанную полностью в духе пресловутого «открытого общества», — опубликовал в «Альтернативах» статью, направленную против «Открытого общества и его врагов» [37]. Начальству в ЦЕУ он об этом, конечно, не сказал. Правильно: ласковый теленок двух маток сосет. Вдруг и от Бузгалина могло что-то перепасть?..

До сделанного мною в конце последнего письма предсказания о будущем Немцева дело пока не дошло. Впрочем, Немцев для этого слишком молод — обычно в религиозность впадают позже, когда начинают наблюдаться признаки возрастных изменений умственных способностей, с одной стороны, и нарастает страх перед неизбежной смертью — с другой. Но движется Немцев в указанном направлении — этот вчерашний «соединитель марксизма с феноменологией» сегодня пишет: «В ночь на 17 июля 1918 года в Екатеринбурге были расстреляны царь Николай Второй, его семья и слуги. Это было бессудное убийство — событие, символически важное для учреждения власти нового бандформирования» [38]. Бандформирования, поняли?

Удивительную все-таки неразборчивость демонстрировали Бузгалин и его коллеги по «Альтернативам»! Или наивность, не знаю…

Я заметил, что многие молодые, когда начинаешь им объяснять, что для успешной революционной работы в России нужны особенные люди, с особыми способностями, талантами и с моральным стержнем внутри, обижаются. А что обижаться? Это чистая правда. Обычные, дюжинные, такие, как Немцев, сейчас не нужны. У них совершенно другое сознание, они ориентированы на другое, на то, что им окружающая социальная среда — начиная с семьи и школы и кончая телерекламой и государственной пропагандой — навязывает с самого детства: на индивидуальный успех (понимаемый исключительно как меркантильный), на приспособленчество и конформизм (как основу этого успеха), на стремление поменьше отдать, поменьше вложить в общую копилку, поменьше затратить усилий, но побольше взять (у Немцева это выразилось в писании пустых безответственных текстов, которые, однако, числятся публикациями и оплачиваются), на отказ от личной ответственности. Плохо представляя себе окружающую реальность и принципы работы социальных институтов нашего общества (у кого-то это — от недостатка знаний и опыта, у кого-то — от недостатка ума), они почему-то думают, что революционная деятельность — это вариант буржуазной стратегии индивидуального успеха, что эта деятельность не обречет их на геттоизацию, что капиталистическое общество не ответит на это репрессиями и превращением их в изгоев. Они почему-то думают, что сразу станут Лениными и Марксами — без тех бытовых, материальных и прочих проблем, на которые были обречены Ленин и Маркс. И что это — перспективнее, чем медленный-медленный рост по обычной бюрократической лестнице. (Вот Немцев, например, думал, что он станет таким новым, феноменологическим, то есть одобренным философской корпорацией, Марксом.)

Они не подозревают, что у многих из них эта непригодность просто на лице написана.

Михаил Немцев

25—27 августа 2015


Комментарии

  1. [1] «Топ-книга» — одна из крупнейших на тот момент книготорговых компаний в России, владелец таких известных сетей книжных магазинов, как «Книгомир», «Лас-Книгас», «Литера» и «Пиши-Читай». «Топ-книге» принадлежала газета «Книжная витрина». В 2011 г. «Топ-книга» обанкротилась. В письме от 25 мая 2005 г. М. Немцев писал о «Топ-книге» следующее: «Я выяснил, что в магазинах “Топ-книга” книги серии “Час «Ч»” не рекомендованы к продаже (потому что это экстремизм, шовинизм, терроризм, анархизм, фундаментализм и вообще нехорошо). Поэтому кроме тех двух книг, о которых Вы знаете, мне ничего другого просто на рецензию и не попадало — не поступают в продажу! “Гилея” прямо вляпалась в историю российского диссидентства!» «Те две книги», о которых упоминает М. Немцев, — это выпущенные в серии «Час “Ч”» книги У. Майнхоф «От протеста — к сопротивлению» и К. Агитона «Альтернативный глобализм», на которые в «Книжной витрине» были опубликованы рецензии.
  2. [2] В письме от 25 мая 2005 г. М. Немцев писал: «Главная проблема левого мировоззрения — это видимо, “вопрос о технике”. Создав отчужденную вторую природу, человечество уже не может ее упростить. А ее саморазвитие приводит к странным эффектам, когда техника осваивает людей, понятно. Наша же левая публика как будто надеется, что возможна техника без техничности — без сложных иерархических систем управления, без ускорения и усложнения контроля и т.п.»
  3. [3] В письме от 25 мая 2005 г. М. Немцев писал: «…государство — это тоже техническое приспособление для обеспечения жизни на некоторой территории и использования этой территории (таким оно является по существу — хотя этот по-своему механизм используется какими-то социальными группами (в России это чаще всего самозванцы, ну вот как сейчас)). Но если его надо убрать, то — чем его заменить в жизнеобеспечении вот этого населения? Какой равномощной машиной или набором каких машин?»
  4. [4] В письме от 4 июля 2005 г. М. Немцев писал: «…в России сейчас, мне кажется, как раз консерваторы пытаются практиковать самое развитое социальное мышление. Например, очень уважаемый мной С. Кургинян».
  5. [5] В письме от 4 июля 2005 г. М. Немцев писал: «В книге Фурса есть 5 признаков критической социальной теории: это 1) критическая саморефлексия модерного типа социальной жизни, 2) целостная критика реификации социальной материи в нормативном свете зрячей [плохой перевод гегелевского «чувственной», я думаю] утопии социальной эмансипации; 3) построение полидисциплинарной теории социальной жизни при интегрирующей роли философской рефлексии [довольно туманный признак], 4) историческая концепция, раскрывающая амбивалентность социальной эволюции вообще и генезиса модерна в частности (ссылка на Адорно), 5) является формой осуществления революционной политики. (Фурс, 2002., с. 11–12)». Немцев цитирует книгу известного белорусского грантососа, профессора созданного и содержащегося на западные деньги для формирования антикоммунистических и антилукашенковских кадров Европейского гуманитарного университета Владимира Фурса «Контуры современной критической теории» (2002).
  6. [6] В письме от 4 июля 2005 г. М. Немцев писал: «Вот для Г. Ракитской в СССР тоже был фашизм. Это, может быть, красиво звучит, да только бессмысленно — не позволяет понять, чем же СССР отличался от фашистской Германии». Ракитская Галина Яковлевна (1939–2013) — советский, затем российский экономист, доктор экономических наук. Длительное время работала научным сотрудником Института экономики АН СССР (затем — Института экономики РАН), в последние годы — профессор кафедры труда и социальной политики Российской академии государственной службы при Президенте РФ. В 1993 г. награждена Б. Ельциным медалью «Защитник свободной России». С началом «перестройки» занялась изучением «неформалов» в составе Центральной комиссии по проблемам движения самодеятельных объединений, клубов и инициативных групп Советской социологической ассоциации АН СССР, затем сама вступила в клуб «Демократическая перестройка» и в «Мемориал». В 1989 г. вошла в состав руководства Социал-демократической ассоциации (СДА), преобразовавшейся в 1990 году в Социал-демократическую партию России (СДПР), член Политсовета СДПР. Ракитская, действительно, неоднократно утверждала, что в СССР до «перестройки» был «фашизм» и «тоталитаризм», а события 1991 г. характеризовала как «демократическую антитоталитарную революцию». Сам тот факт, что М. Немцев настолько всеяден (во всяком случае, был в 2005 г.), что для него авторитетны и Кургинян, и Фурс, и Ракитская, наводит на грустные размышления.
  7. [7] В письме от 4 июля 2005 г. М. Немцев называет левых «узкой субкультурой». Это, конечно, анекдот, но это — грустный анекдот, поскольку такая точка зрения, оказывается, распространена в мейнстриме: в книге «Молодежные субкультуры Москвы» (М., 2009) как «субкультуры» описываются даже СКМ и «Левый фронт». Читая такое, я представляю себе члена руководства «Левого фронта» профессора А.А. Пригарина. И думаю: какие мы наблюдаем у Пригарина типичные признаки принадлежности к субкультуре? Например, прикид? Костюм и галстук?
  8. [8] В письме от 4 июля 2005 г. М. Немцев, повторяя имена тех левых авторов, которых я рекомендовал в своем интервью «Книжной витрине», спрашивает: «А что Вы можете сказать тем, кто занят феноменологией? Или русской философией?» Видимо, он искренне не понимал тогда, что карьеристы, конформисты и прочие подобные персонажи, тратящие жизнь на феноменологию и «русскую религиозную философию», мне абсолютно не интересны и рекомендовать им я ничего не собирался и не собираюсь.
  9. [9] В предыдущих письмах М. Немцев плохо отзывался о КРИ — как об организации с крайне примитивными теоретическими схемами и, хоть и сам вроде бы принадлежал к бузгалинским «Альтернативам», обвинял Бузгалина в том, что тот «сидит в субкультурном погребе» и пишет «субкультурные тексты, которые для тех, кто вне этой субкультуры, просто не интересны».
  10. [10] В письме от 12 августа 2005 г. М. Немцев пишет: «Вы меня регулярно ловите на небрежном употреблении слов. Если бы мне все было ясно насчет себя, я, конечно, писал бы отточенными формулировками и не пропускал бы целые посылки в рассуждениях. Да. … Конечно, это антропоморфизация. … Идеи “существуют” в головах. Только упоминание этих голов не всегда позволяет понять, почему там одни идеи закрепляются, а другие нет. Я грубо выразился. Надо было так: история интеллектуальных традиций не сводима к истории массовых движений без остатка…»
  11. [11] В письме от 12 августа 2005 г. М. Немцев пишет: «Если уж на то пошло, я делю людей не по классовому признаку, а по типу сознания: развито самосознание / не развито самосознание. Сформирована субъективность / не сформирована субъективность».
  12. [12] В письме от 12 августа 2005 г. М. Немцев пишет: «…феноменологию и марксизм уже объединял Мамардашвили и делал это очень хорошо».
  13. [13] В письме от 12 августа 2005 г. М. Немцев пишет: «…не приводите в качестве примера позитивной науки, отслоившейся от философии, психологию — это же просто смешно». Такое барское презрение аспиранта философии по отношению к целой отрасли знания, способной доказать, что она опирается на объективные данные, приносит общественную пользу и способна практически помогать индивидам, — и поразительно, и позорно!
  14. [14] В письме от 12 августа 2005 г. М. Немцев пишет: «Если честно, то мне журнал “Скепсис” не интересен. Хороший журнал, но как-то он меня не впечатляет. Мне просто атеизм не интересен. Если Вы пришлете номера, я их раздам по всем окружающим библиотекам. “Альтернативы” я вот так время от времени разношу. Но я не разделяю отношение авторов этого журнала к религии. Мне она интересна. Я — не церковный человек. Но атеисты мне куда менее симпатичны, чем верующие люди (ничего не говорю про жулье и бандитов из аппарата РПЦ)».
  15. [15] У М. Немцева это — какой-то болезненный пунктик. См. его текст «О семидесятых, какими я их себе представляю». То есть, понимаете: человек, родившийся в 1980 г. в Сибири, сочиняет текст о 70-х гг. в Москве — текст, состоящий из одних только примитивных мещанских штампов и пустых авторских измышлений, текст, содержащий, например, такие явные глупости, как «Находились все семидесятые в каких-то тесных помещениях (никакого простора не могу себе представить, разве что широкий центральный бульвар вместо переулка)» или «Семидесятые — это эпоха чистого самодостаточного времени; потом-то оно разогналось (к тому же, как раз постиндустриальное общество началось… и пр.)». М. Немцев даже не знает (и не хочет знать), что не было просто 70-х, что были ранние 70-е (инерция 60-х) и поздние 70-е (по сути ранние 80-е) — и первые от вторых принципиально отличались! Но поскольку он придумывает «семидесятые» из головы, ему реальность не интересна. Поневоле вспоминается анекдот XIX в. про философа-немца, который вместо того, чтобы посмотреть на живого верблюда, заперся в кабинете и там выдумывал из головы идею верблюда! В 2005 г. М. Немцев решался писать о том, чего он не знает и не понимает, только в личных письмах. Теперь он это делает публично. Вероятно, потому, что теперь он — остепененный философ. Это — приговор нашим «философам».
  16. [16] Иткин Владимир Владимирович (р. 1976) — новосибирский журналист, литературный критик, филолог (специалист по древнерусской литературе). На тот момент — начальник М. Немцева в «Книжной витрине» (выпускающий редактор газеты). Позже перекочевал в «Сибирское университетское издательство».
  17. [17] В письме от 26 августа 2005 г. М. Немцев пишет: «…кто-то решил перевести Гуссерля на русский, конкретно — Владимир Молчанов, и кто-то потом решил его издать, конкретно — Виталий Куренной. Не они, так кто-нибудь еще сделал бы это. Гуссерль — великий мыслитель. А что такого сделал-написал Дус Сантус, что на него и переводчика не нашлось? Наверное, на него и времени тратить не стоит? Вы не пишите, что, допустим, “идеологический режим предопределяет приоритеты…” — ладно, уж кто-нибудь-то вывесил бы перевод на какой-нибудь веб-сайт, если бы оно того стоило».
  18. [18] В письме от 26 августа 2005 г. М. Немцев пишет: «…если некто рассуждает о Хайдеггере, не прочитав Хайдеггера (как это делает Арсланов) — то все его рассуждения просто “побоку”, неуместны».
  19. [19] В письме от 26 августа 2005 г. М. Немцев пишет: «Любой язык хорош для всего. Если есть интеллектуалы, которые развивают семантические и риторические возможности этого языка, то любой этот язык пригоден для чего угодно».
  20. [20] В письме от 26 августа 2005 г. М. Немцев пишет: «Почему же английский? А так исторически получилось». И этот человек в своих письмах мне обвинял в примитивизме своих «коллег» по новосибирской «левой тусовке» Екатерину Дробышеву, Евгению Поликовскую, Василия Колташова и Евгения Рыжененкова! Поразительно!
  21. [21] Это было в 2004 г. Сейчас цифры подбираются к 100 %.
  22. [22] В письме от 26 августа 2005 г. М. Немцев пишет: «Вы никогда не можете проследить цепочку до конца и показать, как вина владельцев этой фабрики распространяется (переносится) на некоего среднего американца. В условиях мирового разделения труда вам придется включить в эту цепочку слишком многих — и себя, и меня тоже. Вот ведь в чем дело: где конец цепочки? Вы пользуетесь PC IBM (или PC Apple MAC, что маловероятнее). Вот коврик, по которому бегает Ваша мышка, точно так же, как те футболки, сделан, может быть, в зоне Kavite в 150 км южнее Манилы, маленькими филиппинскими девочками, у которых отняли всё. Там же, неподалеку, кто-то собрал кулер блока питания вашего системного блока. И т.д. И что же? Что из этого следует? Я думаю, что эту линию на соизмерение вины сторон вообще надо полностью отвергнуть. Есть мировое разделение труда». То есть мировое разделение труда — это индульгенция. В таком случае любое разделение труда — индульгенция. Фюрер правит. Политзаключенные и военнопленные строят для фюрера резиденцию. И никто не виноват!
  23. [23] В письме от 26 августа 2005 г. М. Немцев пишет: «Но Вы дайте мне объективный критерий общественной полезности! Как только Вы мне его дадите, я Вас сразу же поймаю за руку».
  24. [24] В письме от 26 августа 2005 г. М. Немцев пишет: «Самосознание развито, и он прекрасно знает, что он — уголовник, и почему он уголовник. И что же, человеком его не считать? Но это пример не очень хороший, т.е. простой, потому что какое может быть отношение к уголовнику? А иди ты, умник, в лагерь, по-жегловски».
  25. [25] В письме от 26 августа 2005 г. М. Немцев пишет: «Теория практику не проверяет, и наоборот».
  26. [26] http://old.russ.ru/culture/20050203_nem.html#6b
  27. [27] Альтернативы. 2007. № 2. С. 170.
  28. [28] http://gefter.ru/archive/11033
  29. [29] http://mnemtsev.livejournal.com/610681.html
  30. [30] Там же.
  31. [31] http://www.promegalit.ru/personals/425_nemtsev_mikhail.html, http://tramline.ru/tag_/mixail-nemcev/
  32. [32] http://www.stihi.ru/avtor/quest; http://textonly.ru/self/?article=34503&issue=33
  33. [33] http://www.antropolog.ru/doc/persons/nemzsev
  34. [34] http://mnemtsev.livejournal.com/611024.html
  35. [35] http://mnemtsev.livejournal.com/610681.html
  36. [36] http://saint-juste.narod.ru/dream.html; http://saint-juste.narod.ru/Trotskisty.html
  37. [37] Альтернативы. 2007. № 2. С. 170—176.
  38. [38] http://mnemtsev.livejournal.com/618806.html

Полностью переписка была опубликована в интернете под названием «Как быть настоящим марксистом? Переписка А. Тарасова и М. Немцева» по адресу:

http://www.contr.info/content/view/1376/43/