Гренада: судьбы большой революции в маленькой стране Saint-Juste > Рубрикатор

Эдуард Нитобург, Елена Ровинская

Гренада: судьбы большой революции в маленькой стране

25 октября 1983 г. телетайпы во всех странах передали срочное сообщение: сегодня на рассвете началась вооруженная интервенция США против революционно-демократической Гренады — небольшого островного государства в Карибском море. В 5 час. 30 мин. по местному времени в районе строящегося международного аэропорта с американских вертолетов был высажен десант солдат специальных частей — «рейнджеров». Между десантниками и бойцами гренадской Народной революционной армии и народной милиции идет ожесточенная перестрелка. Военные корабли США подвергли артиллерийскому обстрелу территорию Гренады. Тяжелые транспортные самолеты начали высадку частей морской пехоты.

Через несколько дней все было кончено. Гренаду оккупировали 7,5 тыс. американских солдат. Повсеместно шла охота на сторонников народной власти. Президент Рейган объявил о «победе» крупнейшей империалистической державы над одним из самых малых государств мира. Так на практике был продемонстрирован внешнеполитический курс администрации США, который мировая печать квалифицировала как терроризм, возведенный в ранг государственной политики. Так сапогами американских солдат была растоптана свобода народа, совершившего «большую революцию в маленькой стране», как назвал революцию на Гренаде Фидель Кастро.

Вооруженная агрессия США против Гренады вызвала гнев и возмущение во всем мире. По горячим следам событий в СССР был издан сборник, в котором собраны свидетельства очевидцев интервенции и отклики мировой печати [1], напечатан ряд статей, вскрывающих механику вооруженной агрессии [2]. Однако исследований о самой Гренаде в советской литературе пока еще нет. Феномен гренадской революции — второй после победы на Кубе в 1959 г. народной революции в Западном полушарии, первой революции в бывших британских владениях в Карибском море, провозгласившей социалистическую ориентацию страны, еще недостаточно изучен. История победы, развития и поражения гренадской революции 1979—1983 гг. в наши дни становится объектом пристального рассмотрения и научного анализа как советских, так и зарубежных исследователей. Авторы настоящего очерка поставили перед собой задачу дать читателю сжатое, но по возможности целостное представление об истоках и судьбе гренадской революции, основываясь на документальных материалах.

«Папа Док» в миниатюре

Гренадская революция своими корнями уходят в историю страны. Остров Гренада, открытый Колумбом, стал в середине XVII в. французской, а с 1783 г. — английской колонией. Он получил известность как «остров пряностей», поставляя на мировой рынок гвоздику и ваниль, какао и кофе. Главным же продуктом был мускатный орех, по экспорту которого страна в XX в. заняла второе место в мире.

1974 г., вслед за рядом других бывших колоний Британской Вест-Индии, Гренада добилась независимости [3]. 7 февраля 1974 г. над резиденцией премьер-министра в столице страны Сент-Джорджесе был поднят оранжево-желто-зеленый флаг суверенной Гренады. Но обретенная после трех веков колониального угнетения независимость не принесла радикальных перемен в жизни трудящихся. Экономически страна была одним из самых отсталых в Карибском бассейне, оставаясь аграрным придатком империалистических держав. В сельском хозяйстве господствовала горстка владельцев плантаций [4]. Все крупные отели, расположенные на лучших пляжах, принадлежали английским и американским корпорациям, 4/5 доходов от иностранного туризма переводилось за границу.

Власть на Гренаде захватил премьер-министр Эрик Гейри, с именем которого связан один из самых тяжелых периодов истории страны, охватывающий 28 лет — с 1951 г. до 13 марта 1979 г., когда народная революция свергла диктаторский режим Гейри и призвала массы к строительству нового общества.

Бывший профсоюзный деятель, создатель первого на Гренаде массового профсоюза рабочих и первой политической организации — Объединенной лейбористской партия (ОЛП), Гейри затем начал всецело ориентироваться на интересы метрополии, обеспечивал наилучшие условия для деятельности английского и американского капитала и компрадорской буржуазии. В 1956 г. Г. Блейзом была основана вторая — оппозиционная Национальная партия Гренады, находившаяся у власти в 1957—1960 и 1962—1967 гг. Но по существу обе партии отличались одна от другой не столько программой, сколько лидерами. Вместе с продажным руководством ряда тесно связанных с ними профсоюзов они являлись важнейшими рычагами политического механизма, помогавшего сначала колониальной администрации, а затем иностранному капиталу и местной плантаторско-компрадорской верхушке сохранять власть в стране.

Став премьер-министром независимой Гренады, Гейри установил подлинно диктаторский режим, державшийся на репрессиях и погрязший в коррупции. Сам Гейри — любитель виски и сексуальных развлечений, как характеризовала его западная печать [5], скупил ряд отелей и ночных клубов, назначил себе ежемесячное жалованье в 24 тыс. долл., имел крупные счета в банках Гренады и Швейцарии [6]. Казнокрадство, коррупция, взяточничество пронизывали весь правительственный аппарат.

Для подавления любых проявлений протеста Гейри использовал не только наемную армию и полицию, непосредственно подчинявшиеся ему, но и создал своего рода личную гвардию из головорезов и уголовников, именовавших себя «мангустами». Название «мангусты» не случайно: эти хищные, необычайно проворные зверьки, завезенные в конце XIX в. на Малые Антильские острова для борьбы с крысами и змеями, вскоре так расплодились, что стали сущим бедствием для населения. «Мангусты» призваны были рьяно бороться со всеми, кто выступал против режима Гейри. С их помощью он расправлялся со своими врагами: многие политические и общественные деятели исчезали внезапно, и о судьбе их ничего не было известно. «Мангусты» отличались невероятной жестокостью, пытали попавших в их руки, издевались над своими жертвами [7].

Гейри издал ряд законов, направленных на подавление всех оппозиционных сил. Демонстрации протеста разгонялись отрядами полиции и солдат. От коррупции и произвола диктатуры стал страдать даже местный частный бизнес. Напряженные отношения постепенно сложились у Гейри с церковью. Диктатор называл себя «отцом нации», а представителям оппозиции в парламенте заявил: «Тот, кто выступает против меня, выступает против бога». Он сочинил и велел читать во всех церквах «Молитву нации», в которой обращался к богу с такими словами: «Всемогущий господь, спаси нас от эпидемий, стихийных бедствий, злонамеренных выступлений и забастовок» [8].

В то же время этот рьяный почитатель бога устраивал сеансы «черной магии» в своей резиденции «Маунт Ройял». Участник революционного выступления 13 марта 1979 г. К. Рэдикс в интервью газете «Канадиан трибюн» вскоре после победы революции сообщил: «После осмотра личной резиденции Гейри была составлена опись всего имущества, находившегося в ней. В одной из комнат мы обнаружили засохшие сгустки крови, кости, ладан, одежды для совершения в них магических обрядов и колдовских церемоний» [9].

На международной арене правительство Гейри слепо следовало курсу Вашингтона, голосуя за все американские предложения в ООН и ОАГ. Дружественные отношения оно установило с самыми реакционными режимами — гаитянским диктатором Ж.К. Дювалье, правителями Южной Кореи. Особенно тесные узы связывали Гейри с чилийской хунтой Пиночета. Офицеры вооруженных сил Гренады проходили специальную подготовку в чилийских военных школах. По соглашению о сотрудничестве хунта взяла на себя роль поставщика для Гренады оружия, направляла туда советников, которые натаскивали местную полицию и «мангуст» [10]. На всех заседаниях ООН и ОАГ Гейри выступал в защиту Пиночета и призывал воздерживаться от принятия «произвольных» решений в отношении Чили [11].

Эрик Гейри

Нельзя пройти и мимо одного весьма своеобразного аспекта деятельности Гейри в международных делах. Начиная со своей первой речи в ООН осенью 1975 г. гренадский премьер неизменно на всех сессия Генеральной Ассамблеи призывал проводить «психологические исследования» таких проблем как тайна «Бермудского треугольника» и неопознанные летающие объекты (НЛО). «Я сам наблюдал летающую тарелку, и на меня это произвело огромное впечатление», — заявил Гейри с трибуны ООН [12], вызвав улыбки членов всех делегаций.

Патриотически настроенные гренадцы с горечью видели, что их страна не только превращается в террористическое государство, наподобие сомосовской Никарагуа или Гаити под властью Дювалье, но и приобретает сомнительную известность как «страна летающих тарелок и безумных политиков, верящих в свое божественное происхождение» [13].

Положение на Гренаде все более ухудшалось. Консервативный журнал «Раунд тейбл», орган британского министерства по делам Содружества, так охарактеризовал ситуацию в стране: «Более 50 % рабочей силы не имело работы. Торговый дефицит превышал 50 млн. долл. в год... Инфраструктура — дороги, мосты, электро- и водоснабжение, жилой фонд, образование и здравоохранение — все постепенно приходило в упадок в результате коррупции и отсутствия контроля над расходом государственных средств» [14].

Военно-бюрократическая диктатура Гейри приобретала фашистские черты [15]. Казалось, она подавила все ростки прогрессивной жизни в стране. Французский журналист П.-М. Дютрелен, побывавший на острове в середине 70-х годов, писал о Гейри: «Этот “папа Док” в миниатюре [16] привел свою страну к краху. Профсоюзы контролируются гангстерами, порядок поддерживается личными отрядами Гейри фашистского типа, финансы в совершеннейшем расстройстве». Общий вывод журналиста был пессимистическим: «Страна полностью поражена гангреной» [17].

Но этот вывод был ошибочным. На Гренаде нарастало антидиктаторское антиимпериалистическое освободительное движение.

Путь к революции

Борьбу против диктатуры возглавила партия Новое движение ДЖУЭЛ, объединившая лучших представителей рабочего класса и радикально настроенной интеллигенции.

К началу 70-х годов в социальной структуре Гренады произошли заметные изменения. Численность городского рабочего класса выросла в 1,5 раза по сравнению с 1946 г. Ускорился процесс классовой поляризации. С одной стороны, увеличилась концентрация богатств в руках немногих: всего 50 плантаторам принадлежала почти половина обрабатываемых земель, причем последние стали вкладывать капитал также в торговлю, туризм и промышленность; возникла плантаторско-компрадорская олигархия, укрепившая свое влияние в экономической и политической жизни страны. С другой стороны, усилилось обнищание трудящихся: 2/3 взрослого населения Гренады было полностью или частично безработными, особенно тяжело безработица поражала молодежь. В среде рабочего класса, учащейся молодежи и прогрессивной интеллигенции росло возмущение режимом коррупции, произвола и нищеты, выливавшееся в демонстрации, забастовки и столкновения с полицией.

В марте 1972 г. несколько молодежных кружков слились под руководством преподавателя католического колледжа экономиста Ю. Уайтмена в организацию Объединенный поход за благосостояние, образование и освобождение (ДЖУЭЛ) [18]. В октябре того же года группа радикальной интеллигенции создала Движение за народные ассамблеи, во главе которого стояли молодые юристы М. Бишоп и К. Радикс, получившие образование в Англии. 11 марта 1973 г. обе организации после нескольких месяцев совместной деятельности слились в партию Новое движение ДЖУЭЛ (НДД). Своей главной целью она поставила завоевание власти для «осуществления перемен в политической, экономической, социальной и культурной сферах жизни» [19].

В Бюро НДД вошли Морис Бишоп, Юнисон Уайтмен, Кендрик Рэдикс, Винсент Ноэл, Бернард Корд, Селвин Строн, Хадсон Остин, позднее — Джордж Луизон. Запомним их имена: все они станут основными действующими лицами в победах и поражении гренадской революции.

Морис Бишоп

В лидеры партии НДД вскоре выдвинулся М. Бишоп. Морис Руперт Бишоп родился 29 мая 1944 г. Его отец Руперт — рабочий, а затем владелец небольшой лавки, и мать Элмента шли на любые жертвы, чтобы дать образование двум дочерям и особенно сыну — младшему в семье. Морис учился блестяще, закончил колледж с золотой медалью и был удостоен единственной на всю колонию стипендии, которую раз в два года выделяла метрополия выпускникам колледжа для продолжения учебы в Англии [20].

Осенью 1963 г. Бишоп поступил в Лондонский университет, а после его окончания прошел курс в Кембридже. Он выбрал юриспруденцию, потому что уже в юные годы твердо решил, что не останется в Европе, а обязательно вернется на родину, где будет отстаивать права бедняков. В Англии Бишоп прожил более шести лет. Участвовал в прогрессивном студенческом движении, изучал социалистическую литературу, штудировал работы выдающихся деятелей национально-освободительного движения Кваме Нкрумы — основателя и первого президента независимой Ганы, и Франца Фанона — уроженца соседнего острова Мартиники, идеолога вооруженной антиколониальной борьбы, руководителя борьбы негров США за гражданские права Мартина Лютера Кинга.

Тесные связи установились у Бишопа с иммигрантами из Вест-Индии, подвергавшимися в «демократической» Англии притеснениям и оскорблениям из-за темного цвета кожи. Морис стал президентов Общества вест-индских студентов и одним из руководителей Движения против расовой дискриминации в Лондоне. Все эти годы Бишоп вел обширную переписку с молодыми гренадцами, учившимися в Канаде и США, шел оживленный обмен мнениями о путях освободительного движении на Гренаде, о социализме и его роли в развитии освободившихся стран, о Кубинском революции и завоевании независимости странами Африки. К концу пребывания в Англии Бишоп укрепился в мысли о необходимости создания на Гренаде политической организации, способной бороться за независимость страны и социальный прогресс.

В начале 1970 г. Бишоп вернулся на родину и активно включился в политическую борьбу. Высокого красивого мулата можно было увидеть и на массовом митинге, и на теоретических семинарах группы «Форум», разрабатывавшей планы издания прогрессивного еженедельника, и защищающим в суде интересы неимущих. В марте 1973 г. при организации партии Новое движение ДЖУЭЛ Бишоп был избран в ее Бюро.

Революционное движение на Гренаде набирало силу в условиях происходивших в мире глубоких перемен, которые стали возможны в результате дальнейшего изменения соотношения сил на мировой арене в пользу революционных сил нашей эпохи. Колониальная система империализма фактически перестала существовать. Ряд бывших колоний и полуколоний вступил на путь глубоких социальных преобразований. Все эти процессы сыграли важную роль в развитии освободительного движения народа маленького карибского острова. Подчеркивая неразрывную связь гренадской революции с общим развитием освободительного движения, М. Бишоп писал: «Если бы не произошла победоносная Октябрьская революция 1917 г. в России, в 1959 г. не победила бы Кубинская революция, а если бы революция не победила на Кубе, победа революции в Гренаде в марте 1979 г. не стала бы реальностью» [21].

В борьбе с диктатурой Гейри примером для партии НДД стала героическая борьба кубинских революционеров против тирании Батисты. «Монкада вдохновляла молодое поколение Гренады», — заявил Бишоп в интервью газете английских коммунистов «Морнинг стар» [22], особо подчеркнув значение речи Фиделя Кастро «История меня оправдает». В этой речи, произнесенной во время суда над участниками штурма казарм «Монкада», была сформулирована программа кубинского «Движения 26 июля», совпадавшая с целями НДД.

Члены НДД изучали опыт Кубинской революции, когда первая в Западном полушарии страна социализма [I] уже отметила 14-ю годовщину революции и стала примером для народов всех стран Латинской Америки. Социализм, который для большинства из них был абстрактным идеалом, демонстрировал свои преимущества над капитализмом на карибском острове, еще недавно находившемся под пятой проимпериалистической диктатуры. Значение этого примера для гренадских революционеров было велико. Воодушевленные идеалами социализма, руководители НДД поставили задачу не только покончить с репрессивным режимом Гейри, но и повести страну в будущем по пути социалистической ориентации.

В программном документе партии — Манифесте «За народную власть и подлинную независимость», принятом вскоре после образования НДД и опубликованном 7 октября 1973 г., главной целью партии провозглашалось «строительство новой жизни и нового общества» [23]. Партия заявляла: «Новое движение ДЖУЭЛ всегда стояло за реальную независимость, подлинную независимость, независимость, отвечающую точному смыслу этого слова... Наш Манифест содержит программу мероприятий, которые мы намерены осуществить с том, чтобы народ под новым руководством добился реальной независимости. Ибо мы полагаем, что независимость должна означать: улучшение жилищных условий народа, улучшение одежды, питания, медицинского обслуживания, образования, больше рабочих мост... Короче — более высокий уровень жизни для трудящихся и их детей» [24].

В июне 1974 г. партия приняла второй программный документ — «Декларацию принципов», содержащую 10 основных пунктов: «1. Активное участие народа, народная политика, народная демократия. 2. Кооперативы в интересах народа и развитие коллективизма. 3. Всеобщая система здравоохранения. 4. Полное развитие народных талантов, способностей и культуры. 5. Неограниченный народный контроль над национальными ресурсами. 6. Работа для всех. 7. Достойный уровень жизни для каждой семьи. 8. Свобода слова и вероисповедания. 9. Освобождение черного угнетенного народа во всем мире. 10. Единый народ — новое общество — справедливое общество» [25]. Принципы и цели, выдвинутые партией НДД, стали программой гренадской народной антиимпериалистической революции.

Между двумя документами — Манифестом и «Декларацией принципов» прошло менее года. Но это был год, вместивший большие события в жизни страны. Первая попытка НДД вырвать власть из рук Гейри, возглавив народное движение конца 1973 — начала 1974 г., окончилась неудачей. Руководство партии сделало выводы из поражения 1974 г., выдвинув на первое место «метод мобилизации масс», как назвал его Бишоп [26]. НДД начало подпольно издавать свою газету. Учитывая репрессии властей, было решено каждую неделю выпускать ее под новым названием — «Сопротивление», «Борьба», «Освобождение». Партия повела работу в профсоюзах. Руководителем нового влиятельного Союза служащих банков и учреждений, созданного вопреки сопротивлению Гейри и его профсоюзных гангстеров, был избран член ЦК НДД Винсент Ноэл.

М. Бишоп на трибуне

Перед выборами в парламент в декабре 1976 г. НДД заключило политическое соглашение с оппозиционными партиями — Национальной и Объединенной. Коалиция завоевала 48,5 % голосов избирателей и 6 из 15 депутатских мест (из них 3 — НДД), Бишоп стал лидером оппозиции. Получив парламентскую трибуну, НДД открыто выступило против проводимой Гейри политики, разоблачая коррупцию в правительстве, его произвол, предательство национальных интересов в угоду иностранным компаниям. Партия вела также широкую разъяснительную работу среди населения, проводила массовые митинги, собрания, мобилизовывала рабочих, крестьян, студентов, интеллигенцию, мелкую буржуазию на участие в забастовках и демонстрациях.

В то же время руководство партии считало необходимым и подпольную деятельность: в профсоюзах были созданы нелегальные политические кружки, в горах проходили военную подготовку повстанческие группы, которые должны были стать ядром будущей Народной революционной армии. Сочетание парламентской, легальной, полулегальной и подпольной работы создало условия для развития революционных сил.

В книге активных деятелей НДД братьев Ричарда и Яна Джекобсов «Гренада: путь к революции», представляющей собой первую попытку марксистского анализа проблем гренадской революции [27] и в то же время важный источник по истории создания НДД и подготовке восстания 13 марта, авторы отводят особую главу исследованию объективных и субъективных факторов революционного процесса в стране. Исходя из конкретных условий Гренады, учитывая сравнительно низкий тогда уровень политической зрелости рабочего класса, бóльшую часть которого все еще составлял сельскохозяйственный пролетариат, партия НДД придавала важное значение позиции средних слоев, а также особой в условиях неоколониального режима роли прогрессивной национальной интеллигенции, из рядов которой формировалось руководство революционным движением. Ключевой проблемой стратегии и тактики партии в этих условиях являлось создание коалиции рабочих, крестьян, городской мелкой и средней буржуазии, радикальной интеллигенции — словом, всех патриотических сил — для борьба против плантаторской и компрадорской буржуазии и всех проимпериалистических элементов [28]. Основой такой коалиции стала борьба за свержение диктатуры.

Политика Гейри восстанавливала против него все более широкие массы населения. Легальные методы борьбы — выступления в парламенте, критика в прессе, обращения в суд не приводили к каким-либо результатам: суды, государственные учреждения, парламент находились под жестким контролем режима. Произвол и насилия, чинимые приспешниками Гейри, привели к появлению в 1978 г. оппозиции внутри ОЛП, в полиции. От Гейри отвернулись многие представители буржуазии и руководство церкви. «Крайняя нищета масс, пренебрежение интересами общества, деградация, жестокое правление диктатора — все это способствовало вызреванию субъективных и объективных условий, которые привели к крушению диктатуры 13 марта 1979 г.» [29].

«Победоносная Монкада»

Готовя восстание, руководство Нового движения ДЖУЭЛ внимательно изучало опыт штурма «Монкады» кубинскими революционерами, партизанские операции Сандинистского фронта национального освобождения в Никарагуа, окончившиеся неудачей высадки революционных отрядов на Гаити. Конкретные примеры освободительного движения в Латинской Америке свидетельствовали: террористические диктатуры можно свергнуть только путем вооруженной борьбы при поддержке всего народа. Обучая повстанческие группы, перед которыми ставилась задача уничтожить банду «мангуст», изолировать армию и полицию, привлекая на свою сторону народные массы, партия, как подчеркивают Я. и Р. Джекобсы, опиралась на учение В.И. Ленина о восстания как искусстве [30], учитывала важность таких ленинских положений, как необходимость правильно определить «момент для начала восстания», день, когда «нельзя ждать», когда «промедление в восстании смерти подобно» [31].

Такой момент настал 12 марта 1979 г. В этот день Гейри в сопровождении ряда министров вылетел в США. Накануне он провел совещание с высшими чинами армии и полиции и отдал секретный приказ осуществить на следующий день операцию по аресту и «ликвидации в перестрелке» лидеров партии НДД, рассчитывая обезглавить антидиктаторское движение и тем самым покончить с ним. Руководство партии через своих людей в полиции получило информацию об этом уже в 11 час. утра, за час до вылета самолета Гейри. Сразу же на одной из подпольных квартир состоялось совещания Бюро НДД. Взвесив все обстоятельства, члены Бюро (совещание проводили М. Бишоп, Ю. Уайтмен, Б. Корд, Дж. Луизон и X. Остин) решили этой же ночью начать восстание [32].

Развалины казарм в Тру-Блу после боя

В 2 часа ночи 47 молодых повстанцев, собранных «по цепочке» в одном из домов курортного местечка Гранд-Анс в окрестностях Сент-Джорджеса, куда прибыло руководство НДД, получили оружие и бутылки с зажигательной смесью и на трех автомашинах направились к столице [33]. Чтобы узнавать друг друга в темноте тропической ночи, они надели на руки белые повязки с красным диском. В 4 часа утра 13 марта бойцы первого повстанческого отряда атаковали оружейный склад, «сняли» часового и, не встретив сопротивления, взломали ворота и стали выносить винтовки. В то же время второй отряд штурмовал армейские казармы на юго-западной окраине Сент-Джорджеса в Тру-Блю, в которых находилось около 300 солдат. От бутылок с зажигательной смесью и самодельных бомб казармы загорелись. Воспользовавшись поднявшейся паникой, повстанцы, захватив оружие и боеприпасы, взяли в плен часть солдат, остальные разбежались.

В 5 час. утра восставшие заняли единственную на острове радиостанцию «Радио Гренады». Уже через час она передала первое обращение к населению, призывавшее присоединиться к вооруженным отрядам и поддержать начавшуюся революцию. Затем был захвачен ряд полицейских участков, арестованы командиры и члены банды «мангуст» — кто у себя дома, а некоторые при попытке к бегству.

В 10 час. 30 мин. гренадцы, прильнув к приемникам, услышали: «Говорит радио “Свободная Гренада”. Передаем обращение к нации».

«Братья и сестры! — раздался низкий мягкий голос. — С вами говорит Морис Бишоп. Сегодня утром в 4 часа 15 минут Народная революционная армия захватила контроль над военными казармами в Тру-Блю. Казармы сожжены до основания. После 30-минутного боя силы армии Гейри были полностью разгромлены и сдались... Ни один член революционных сил не пострадал.

Одновременно без единого выстрела была захвачена радиостанция. Отряды революционной армии арестовали прямо в постелях членов кабинета министров. Взяты под стражу также высшие полицейские чины, включая начальника полиции Эдониса Фрэнсиса. В настоящий момент несколько полицейских участков уже выбросили белый флаг. Революционные силы направляются на места, чтобы подавить возможные источники сопротивления или же неповиновения новому правительству.

Я обращаюсь к трудовому люду, к молодежи, рабочим, крестьянам, рыбакам, к средним слоям, к женщинам с призывом присоединиться к нашим революционным вооруженным силам, находящимся в районах вашего проживания, и оказать им помощь во всем, что им требуется».

«Народ Гренады! — сказал далее Бишоп. — Наша революция совершена ради того, чтобы люди имели работу, были сыты, имели достойные человека жилища и медицинское обслуживание, ради светлого будущего наших детей и правнуков. Плоды революции достанутся всем, каждому человеку, независимо от его политических убеждений или политической партии. Давайте же объединимся все как один!.. Я призываю население по всей стране собраться на главных площадях городов и селений, чтобы встретить народные вооруженные силы, когда они вступят в ваши районы, и оказать им всю необходимую помощь. Революция консолидируется и укрепит свои позиции в течение ближайших часов» [34].

Радиостанция под контролем революционеров

Тем временем повстанческие силы закрепляли успех. Их боевые отряды пополнились сотнями добровольцев — рабочими и учащейся молодежью. Вскоре они овладели резиденцией премьер-министра, которую обороняли «мангусты», телеграфом и другими стратегическими объектами. Телефонисты прервали связь с заграницей и срочно протянули от штаба восстания 10 новых линий. Всем, кто присоединялся к повстанцам, надевали на руку белую повязку с красным диском, ставшую эмблемой революции [35]. Уже к 10 час. утра большинство полицейских участков заявили о сдаче, а к 16 час. на флагштоке Форт-Джорджеса — последнего пункта, где засели вооруженные полицейские — был вывешен белый флаг.

Весть о победе восстания облетела остров. Население вышло на улицы, демонстрируя поддержку новой власти. Именно в эти часы возникло часто встречаемое в литературе определение гренадской революции как «революции улыбок». Прогнивший режим рухнул, победившая народная антиимпериалистическая революция передала власть в руки Революционного совета из 14 человек. Затем было сформировано Народное революционное правительство во главе с премьер-министром Председателем Политбюро ЦК партии Новое движение ДЖУЭЛ Морисом Бишопом.

Руководитель Кубинской революции Фидель Кастро назвал события 13 марта на Гренаде «победоносной Монкадой». К власти в стране пришли антиимпериалистические национально-демократические силы. В истории Гренады открылась новая страница.

Год освобождения

Народная революция на Гренаде не сразу была воспринята в мире как событие, имеющее не только местное, карибское, но и более широкое значение. Буржуазная печать представила восстание 13 марта как один из «обычных» военных переворотов, столь частых в латиноамериканских странах. Но развитие революции очень скоро опровергло эти представления. Руководители восстания не принадлежали к кадровым военным. Партия НДД не делала ставку на введение военного положения, комендантского часа и т.д. Главное же — в результате восстания «было осуществлено не просто изменение состава правящей элиты при сохранении старой политической системы: прежний государственный аппарат был полностью уничтожен, а вместо него создана принципиально новая политическая надстройка» [36].

Старая государственная машина была сломана. Армия, полиция, парламент, партии распущены, из тюрем освобождены политические заключенные. 16 марта генерал-губернатор, представляющий в стране британскую корону (им в 1978 г. был назначен гренадский чиновник Пол Скун, и революция не стала лишать его этого поста), государственные службы, Торговая палата заверили Народное революционное правительство в своей лояльности.

25 марта были провозглашены первые революционные законы. Они отменяли репрессивное законодательство, принятое во времена Гейри, в частности «Акт об основных службах», лишавший рабочих права на забастовку, и «Закон о печати», в соответствии с которым требовалось внести 20 тыс. долл. за право издания газеты. Было отменено также запрещение ввоза и распространения прогрессивных издании «социалистической и коммунистической ориентации» [37].

Но революция не просто покончила с режимом насилия и репрессий. Началась созидательная работа по строительству нового общества. Пришедшее к власти правительство, выполняя программу, выдвинутую Новым движением ДЖУЭЛ в Манифесте 1973 г. и «Декларации принципов» 1974 г., поставило задачу вырвать Гренаду из тисков отсталости и обеспечить развитие общества в интересах широких народных масс. Опыт колониальных стран, завоевавших независимость в последние десятилетия, свидетельствовал: добиться этого можно лишь при условии ликвидации зависимости от империализма и проведения радикальных социально-экономических преобразований.

«Перед нами стоят две главные и взаимосвязанные задачи, — заявил Бишоп. — Первая: консолидация революции и обеспечение безопасности страны в борьбе с внешней и внутренней контрреволюцией. Вторая: национальная реконструкция — создание современной экономики, инфраструктуры, социальных служб, обеспечение реальных благ населению страны» [38]. Этот курс стал проводиться в жизнь с первых же дней революции. 1979 год вошел в историю Гренады как «Год освобождения» — освобождения от репрессивного режима, от империалистического диктата, от политики социального неравенства и угнетения.

Для характеристики первых лет революции в руках историка имеется ценный источник — «Избранные речи» лидера революции Мориса Бишопа, изданные в Гаване на английском языке. Книга охватывает три года: начало 1979 — конец 1981 г. Собранные в ней выступления Бишопа на митингах и важнейших международных форумах — яркие, логически построенные, с чеканными формулировками, его обращения к народу Гренады, понятные простым людям, зачастую близкие к разговорной речи, далекой от классического английского, — дают возможность ощутить живой пульс революции.

М. Бишоп с членами Ассоциации гренадских медсестер

В результате правления Гейри страна была доведена до полного разорения. «В наших больницах, — говорил Бишоп, обращаясь к населению Гренады 13 апреля, спустя месяц после восстания, — нет лекарств, простыней, наволочек, медицинского оборудования. Школы полуразрушены. Большинство сельских населенных пунктов не имеют водоснабжения, электричества, медицинской помощи, приличных жилищ» [39]. Эти факты были известны каждому гренадцу. Взятые вместе, они составляли то, что Бишоп, выступая на VI конференции глав государств и правительств неприсоединившихся стран в Гаване в сентябре 1979 г., назвал «гренадским наследием империализма», означавшим «крайнюю нищету, огромную безработицу, полуголодное существование большинства населения, неграмотность, отсталость и суеверие, бедные жилища, плохое медицинское обслуживание, и все это наряду с общей экономической стагнацией и массовой эмиграцией» [40].

Программа широких демократических преобразований, провозглашенная Народным революционным правительством для преодоления этого наследия, в качестве первоочередных задач выдвигала: расширение политических прав трудящихся и предоставление им впервые социально-экономических прав; проведение аграрной реформы; создание государственного сектора экономики; освобождение страны от засилья иностранных монополий; ликвидацию неграмотности и повышение культурного уровня народных масс; установление прочных связей с прогрессивными силами планеты и проведение внешней политики на принципах равноправия, суверенитета и мира. Это была программа народной, демократической, антиимпериалистической революции.

В первые же дни законодательно были закреплены новые права граждан Гренады — на труд, жилище и образование. Принят закон о равной оплате труда женщин и мужчин в государственном секторе. Созданы Национальная женская организация, Национальная организация молодежи, которая вскоре охватила 40 % молодых людей от 14 до 20 лет, пионерская организация, вовлекшая в свои ряды подавляющую часть школьников в возрасте от 6 до 14 лет [41].

Правительство экспроприировало имущество Гейри и его приспешников, включая фешенебельные отели «Ивнинг палас», «Рок Гарденс», «Тропикал инн». Национализированное имущество, земли и предприятия, принадлежавшие государству (в них хозяйничал тот же Гейри), стали основой государственного сектора экономики. В первые же дни были стабилизированы и существенно понижены цены на товары первой необходимости — рис, муку, сахар, топливо. Введено бесплатное медицинское обслуживание. У иностранных и местных крупных землевладельцев изымались излишки земли.

Митинг в Куинс-парке в Международный день студентов в 1980 г.

Особое внимание было уделено молодому поколению. Правительство отменило плату за обучение в начальных классах и сделало его обязательным. Плата за среднюю школу была понижена втрое, для учеников выделено большое количество стипендий (в 1982 г. плата за обучение в школе была отменена). Все дети до 5 лет и учащиеся начальной школы стали получать бесплатно молоко, а часть учеников — еще и бесплатные завтраки и школе. Гренада погасила задолженность правительства Гейри Вест-Индскому университету на Ямайке, который готовит специалистов для англоязычных карибских стран, что позволило возобновить в нем учебу 45 гренадским студентам. Большая группа выпускников школ готовилась к отъезду на учебу в другие университеты, чтобы получить профессии механиков, строителей, врачей, агрономов, ветеринаров [42].

Правительство приступило к широкому строительству, создавая новые рабочие места и тем самым уменьшая безработицу. Улучшались дороги, сносились трущобы, на месте лачуг возводились добротные дома. Правительство обратилось к народу с призывом принять участие в добровольном бесплатном труде, и тысячи жителей городов и сел в «рабочие уикэнды» выходили строить школы, ремонтировать дорога, «демонстрируя тем самым свою нерасторжимую связь с обществом и заинтересованность в его развитии» [43].

В области внешней политики Народное революционное правительство в первые же дни объявило, что оно будет идти по пути антиимпериализма, независимости и неприсоединения. 8 апреля было принято решение об установлении дипломатических отношений с Кубой. Гренада остается членом британского Содружества, членом ОАГ и КАРИКОМ [44], заявил Бишоп, ибо она заинтересована в поддержке всех государств, которые могут оказать помощь в становлении ее национальной экономики. Но «Гренада, — подчеркнул премьер-министр, — суверенное и независимое государство, хотя она всего лишь крошечное пятнышко на карте мира» [45].

Твердо заявленный Гренадой антиимпериалистический курс вызвал нервную реакцию в Белом доме. После прихода к власти прогрессивных сил Вашингтон на следующий же день выразил «серьезную озабоченность случившимся». В ответ на обеспокоенность правительства Гренады действиями Гейри, пытавшегося вербовать в США наемников и с их помощью вернуться к власти, посол США в восточнокарибских странах Фрэнк Ортис «предупредил» правительство, что если оно и впредь «будет говорить о вторжении некоей воображаемой армии наемников», то страна потеряет всех иностранных туристов. Более того, во время официальной встречи 10 апреля с премьер-министром Бишопом и его заместителем Кордом американский посол передал заявление Белого дома, в котором содержалась прямая угроза: правительство США, говорилось в заявлении, «полагает, что не в интересах Гренады искать помощи у такой страны, как Куба... Мы встретили бы с неудовольствием любую попытку со стороны Гренады установить более тесные связи с Кубой» [46].

Ответ Гренады был достоин страны, совершившей народную революцию. «Мы не признаем права Соединенных Штатов Америки диктовать нам, с кем мы можем и с кем не можем налаживать отношения... Не для того мы 28 лет боролась против гейризма, отдавая свои жизни во имя свободы родины, чтобы выбросить прочь завоеванную свободу и стать рабом или лакеем любой другой страны, какой бы крупной и могущественной она ни была, — заявил Бишоп. — ...Мы скорее пожертвуем жизнь, чем пойдем на компромисс, продадим или предадим наш суверенитет, нашу независимость, наше единство и право народа на национальное самоопределение в социальный прогресс» [47]. 14 апреля в Сент-Джорджесе было подписано официальное коммюнике об установлении дипломатических отношений между Гренадой и Кубой на уровне послов [48].

Народная революция на Гренаде, победа через четыре месяца сандинистской революции в Никарагуа стали новыми свидетельствами ослабления господства империализма в Карибском бассейне. Это был тяжелый удар прежде всего для США, правящие круги которых объявили Карибский бассейн «третьей границей» Соединенных Штатов (именно в Карибском бассейне сосредоточены все военные базы США в Латинской Америке). В связи с этим в Вашингтоне срочно разрабатывались «новые методы» политики США, направленные на сохранение американских стратегических, экономических и политических интересов в регионе. Главными составляющими этой политики, уже давно практикуемой США в странах Латинской Америки, были экономический шантаж, психологическая война на основе антикоммунистической пропаганды и открытые подрывные действия — саботаж, диверсии, террор.

Революционная Гренада испытала эти «методы» на себе уже в первые недели своего существования. В воскресенье в мая ночью в Сент-Джорджесе вспыхнули два больших пожара; почти полностью сгорели здания торговых фирм в центре столицы и гостиница «Карифта коттедж» на побережье. Разрушение здания торговых фирм должно было вызвать панику в деловых кругах, а пожар в туристской зоне — отпугнуть иностранных туристов и лишить Гренаду валюты. Одновременно с поджогам, за которыми явно просматривалась рука американских спецслужб, в прессе США и ряда карибских стран развернулась антигренадская кампания.

Выступая 8 мая по радио с речью «Организуемся на борьбу с дестабилизацией!», премьер-министр заявил, что, как стало известно правительству Гренады из авторитетных источников, ЦРУ разработало план свержения гренадской революции под кодовым названием «Пирамида». «В основании этой «Пирамиды», — сказал Бишоп, — лежит план дестабилизации страны путем распространения клеветнических сведений о Гренаде в газетах и по радио, используя организации и правительства Карибского региона... Второй уровень «Пирамиды» — насильственные акты и поджоги. А если два этих приема не сработают, план диктует переход к стадии террора — убийству руководителей страны. Первые две части плана — уже в действии» [49], — подчеркнул Бишоп.

В сентябре 1979 г. пресса ряда восточнокарибских стран, как по сигналу, развернула кампанию «в защиту прав человека» на Гренаде в связи с закрытием там оппозиционной газеты «Торчлайт», выступавшей против политики Народного революционного правительства, с клеветническими измышлениями в его адрес. Среди населения Гренады распространялись провокационные слухи. Вдохновленная помощью из-за границы, усилила свою деятельность внутренняя контрреволюция. Потерявшая политическую и экономическую власть плантаторско-компрадорская верхушка, бывшие военнослужащие армии Гейри и полицейские, проимпериалистическая пресса, часть буржуазной интеллигенции, недовольная углублением процесса революции, — все эти элементы, координируемые и подталкиваемые агентурой ЦРУ на острове, вели тайную войну против революции и ее завоеваний.

В октябре силы безопасности Гренады раскрыли первый заговор (их будет немало за годы революции) с целью свержения Народного революционного правительства. В нем были замешаны бывшие офицеры армии и полицейские чины. Главной же фигурой оказался кадровый агент ЦРУ С. Сайрус, работавший «преподавателем» одной из сельских школ Гренады. При аресте у заговорщиков было изъято большое количество оружия, боеприпасов, взрывчатки, крупные суммы денег [50].

Правительство призвало народ к защите революции. Повсеместно создавались отряды народной милиции для пресечения актов саботажа со стороны контрреволюционных элементов и подготовки к обороне страны от возможной интервенции. «Бдительно и неусыпно стоять на страже революции!» — этот лозунг стал главным в жизни народа Гренады.

Подводя итоги первого года революции, Бишоп, выступая 13 марта 1980 г. на многотысячном митинге в Куинс-парке, отметил, что прошедший год подтвердил ряд важнейших положений, выработанных всей историей революционного движения. «Революция, — сказал Бишоп, — напомнила нам великую правду истории: объединенный народ, сознательный народ, организованный народ может победить диктатуру, победить сопротивление, победить империализм и другие силы, пытающиеся остановить прогресс». «Революция напомнила нам, — продолжал Бишоп, — еще об одном уроке: если мы честны с народом, если мы говорим откровенно о существующих проблемах, если мы вносим предложения, в которых народ кровно заинтересован, если мы, как правительство, убеждаем народ в том, что наши усилия направлены на решение основных проблем и основных нужд страны... если мы поступаем именно таким образом — многое невозможное становится возможным!» [51]

Творчество революции

Народное революционное правительство находилось у власти четыре с половиной года — срок, ничтожно малый для проведения глубоких преобразований. Но и за этот короткий срок страна совершила огромный рывок вперед во всех сферах жизни — политической, экономической, социальной. В своей деятельности партия НДД использовала опыт политических и социально-экономических преобразовании, накопленный государствами социалистического содружества и странами, вставшими на путь некапиталистического развития. В то же время, действуя в своеобразных условиях маленькой островной слаборазвитой страны с крайне ограниченными ресурсами, партия внесла свой вклад в коллективный опыт мирового революционного движения. В строительстве нового общества, писал после посещения Гренады член ЦК Коммунистической партии Венесуэлы X. Каррера, «огромную роль играют творчество практики, созидательный порыв масс, гуманистические идеалы, воплотившиеся в лучшие произведения искусства. А монументальность великолепной скульптуры Микеланджело «Моисей» вовсе не означает, что ювелирные миниатюры Бенвенуто Челлини обладают, в силу незначительных размеров, меньшей ценностью» [52].

М. Бишоп на острове Карриаку беседует с местной бабушкой

Одной из главных задач революции Новое движение ДЖУЭЛ считало создание условий для непосредственного участия масс в народовластии. Бишоп едко высмеял тех буржуазных политиков, которые представляют демократию как «возможность для народа раз в пять лет зачеркнуть имя кандидата на избирательном бюллетене, а остальные четыре года и 364 дня не иметь права сказать что-либо своему правительству, не иметь права быть вовлеченным в жизнь своей страны... Мы же говорим о реальной демократии» [53] — подчеркнул он.

На Гренаде были созданы зональные и окружные советы трудящихся, советы рабочих предприятий, превратившиеся в органы народной власти. Основным принципом при этом стала отчетность перед народом всех должностных лиц, включай министров. В любой день, пояснял Бишоп в интервью ямайской газете «Страгл» в мае 1982 г., ответственный сотрудник любого ведомства, скажем центральной водной комиссии, может быть вызван на районный или зональный совет для отчета о том, что происходит в сфере его компетенции [54].

Весной 1982 г. по всей стране проходило всенародное обсуждение первого в истории Гренады плана финансово-экономического развития, декретов о кварплате и развитии общественного транспорта, в феврале 1983 г. — итогов социально-экономической деятельности правительства за прошлый и плана бюджета на текущий год [55]. В 1984 г. предполагалось провести всенародное обсуждение проекта новой конституции.

Другой важнейшей и неразрывно связанной с первой задачей было вырвать экономику Гренады из оков империализма. Правительство Бишопа проводило гибкую политику, в основе которой лежал принцип смешанной экономики — сочетания деятельности трех секторов: государственного, кооперативного и частного. Особое внимание уделялось созданию сильного госсектора. Вместе с тем правительство давало возможность действовать и частному капиталу, учитывая, что один госсектор не в силах в настоящее время вытянуть экономику: технология на предприятиях устарела, людские ресурсы ограниченны, не хватает капиталов и опыта. При этом необходимо было держать частный сектор под контролем государства. «Мы не вмешиваемся в дела частных предпринимателей, — отмечал Бишоп в интервью журналу «Вест-Индиан дайджест», — за исключением того, что касается прав рабочих, выплаты справедливой заработной платы и права рабочих вступать в профсоюз по своему выбору. Мы также выступаем на защиту рабочих и случае произвольных увольнений или плохого обращения с ними — в этих вопросах мы никогда не пойдем на компромисс, и я думаю, что бизнесмены понимают это» [56].

Правительство привлекало и иностранный капитал, который, убедившись в прочности революционной власти, пошел на деловое партнерство с ней. Так, Канада в 1981 г. предоставила кредит в 8,8 млн. долл. на реализацию планов экономического развития, Мексика оказывала помощь в поисках нефти на гренадском шельфе и обеспечении нефтепродуктами. Франция после переговоров Бишопа с президентом Миттераном подписала весной 1983 г. соглашение о поставке на Гренаду оборудования и направлении своих специалистов.

Одним из главных объектов реконструкции национальной экономики стало строительство международного аэропорта — «давняя мечта гренадцев, которая в течение десятилетний была далека от претворения в жизнь» [57]. На Гренаде имелась только одна взлетно-посадочная полоса — небольшой аэродром Пирлз на северо-востоке острова, построенный еще в 1943 г. Расположенный в узкой щели между горами, он непригоден для реактивных лайнеров, и туристам из Европы и США приходилось добираться до Гренады с пересадкой, через соседние острова, где уже давно имелись современные аэропорты. Переговоры с США, Англией и ФРГ о строительства аэропорта на Гренаде велись в течение многих лет, но дело не двигалось с места. И только после победы народной революции эта мечта стала осуществляться.

В 1980 г. при братской помощи Кубы на юго-западной оконечности острова близ местечка Пойнт-Селайнз, в нескольких километрах от столицы, развернулась грандиозная по масштабам Гренады стройка. Необходимо было взорвать окрестные холмы и скалы и засыпать землей часть морского залива, чтобы потом на искусственно созданной равнине построить современный международный аэропорт, который позволил бы втрое сократить время поездки на Гренаду. В финансировании и осуществлении проекта участвовали ряд арабских стран, Канада, Англия; Европейское экономическое сообщество в 1982 г. предоставило на эти цели кредит в 26 млн долл.

Возросла роль Гренады в международных отношениях, где она выступила с рядом инициатив, получивших широкий резонанс. Тем самым гренадская революция вновь подтвердила, что влияние страны в мире определяется не только ее территорией и численностью населения. Новая Гренада доказала, что в наши дни даже самые малые страны могут выдвигать конструктивные предложения, имеющие международное значение.

В сентябре 1979 г. на конференции ОАГ в Ла-Пасе Гренада внесла предложение о превращении Карибского бассейна в Зону мира, независимости и развития, выступив за прекращение военно-морских маневров в Карибском море и уничтожение иностранных военных баз в странах Карибского бассейна. Касаясь этой инициативы, Бишоп говорил: «Мы стремились к прекращению всех форм агрессии против этих государств — будь то идеологические диверсии, подрывная пропаганда, экономическое давление или угрозы использовать силу для вмешательства во внутренние дела этих стран» [58].

Морис Бишоп в ООН

Вторая важная инициатива была выдвинута Гренадой в том же году в ООН. С трибуны Генеральной Ассамблеи (где раньше Гейри разглагольствовал об НЛО) Бишоп выступил с предложением, имеющим большое значение для многих стран Азии, Африки и Америки. Речь шла о группе малых островных государств, сталкивающихся с особым кругом проблем, таких, как «ограниченность рынков, ограниченность населения, ограниченность ресурсов, недостаток квалифицированных кадров в ключевых отраслях, огромная зависимость от экспорта одного-двух видов сырья, недостаток капиталов, неразвитый денежный рынок, неадекватная инфраструктура… Эти страны испытывают двойной гнет империализма» [59], — подчеркнул Бишоп, заявив о необходимости создания специальной программы помощи этой группе государств в случае стихийных бедствий — ураганов, наводнений и т.п.

Предложения Гренады были поддержаны многими развивающимися и всеми социалистическими странами. Государства социалистического содружества оказали Гренаде подлинно братскую интернациональную помощь. Многое в этом отношении сделала Куба. Первое социалистическое государство Америки поставляло Гренаде технику и оборудование, посылало своих специалистов — инженеров, врачей, учителей, агрономов, строителей; ГДР, Чехословакия, Болгария предоставили помощь в создании некоторых отраслей промышленности.

Дипломатические отношения между СССР и Гренадой были установлены в сентябре 1979 г. В июле 1982 г. в Москве находилась партийно-правительственная легация Гренады во главе с М. Бишопом. В ее состав входили также члены Политбюро ЦК НДД министр иностранных дел Ю. Уайтмен, министр промышленного развития К. Рэдикс, министр сельского хозяйства Дж. Луизон. В ходе визита были подписаны соглашения о сотрудничество между КПСС и партией Новое движение ДЖУЭЛ, о сотрудничестве в области плановой деятельности, об экономическом и техническом, культурном и научном сотрудничестве, протокол о поставках товаров на 1983—1987 гг. [60] Выступая на приеме, устроенном в честь партийно-правительственной делегации Гренады, М. Бишоп подчеркнул, что все бывшие колониальные пароды «глубоко признательны советскому народу за его стойкую и принципиальную поддержку борьбы против колониализма и против зла, которое он несет с собой — расизма, неоколониализма и нищеты» [61]. Премьер-министр также заявил, что Гренада как страна, придерживающаяся принципиально антиимпериалистического курса во внешней и внутренней политике, «считает расширение отношений с социалистическим миром делом первостепенной важности» [62] [II].

В то же время гренадские руководители стремились разнообразить связи с различными международными политическими организациями. В ноябре 1980 г. партия Новое движение ДЖУЭЛ вступила в Социалистический Интернационал. Разъясняя позицию руководства НДД в этом вопросе, Бишоп в интервью журналу «Проблемы мира и социализма» сказал: «Очень важно понимать, что Социнтерн — отнюдь не монолитная организация. Он, можно сказать, столь же неоднороден, как движение неприсоединения... Как нам представляется, позиции Социалистического Интернационала благоприятствуют странам Латинской Америки и Карибского бассейна. Социнтерн выступает в поддержку Никарагуа, сальвадорского народа, солидаризируется с революционным процессом Гренады... Точка зрения Нового движения ДЖУЭЛ сводится к тому, что Социнтерн дает нам еще одну возможность расширять связи с политическими силами мира, с правительствами разных стран» [63].

Рост международного авторитета Гренады, ее активная внешняя политика в большой степени были связаны с именем лидера гренадской революции Мориса Бишопа, выдвинувшегося в первые ряды деятелей национально-освободительного движения в мире. Немалую роль в этом сыграли его известность как борца против диктаторского режима на Гренаде и обаяние самой личности Бишопа, «поразительная его притягательность, способность выделяться в любом обществе», как отмечал знаменитый колумбийский писатель, лауреат Нобелевской премии Габриель Гарсиа Маркес, встречавшийся с Бишопом на многих международных форумах. «На трибуне, — вспоминал он, — Бишоп поражал не только почти двухметровым ростом и карибской грацией, но и безупречным английским, культивированным в британских университетах, струящейся плавностью и магией своих слов» [64]. Главное же — такие качества руководителя гренадских революционеров, как ум, энергия, боевой и последовательный антиимпериализм, вера в торжество социалистических идеалов, сочетались в нем с политической гибкостью, с умением определять «основное звено» на каждом конкретном этапе продвижения к главной цели — строительству на Гренаде нового общества.

Даниэль Ортега, Морис Бишоп, Фидель Кастро. Гавана, 1 мая 1980 г.

Еще до победы революции, в 1977 г., члены руководства партии НДД М. Бишоп и Ю. Уайтмен, посетив Кубу, выступили в журнале «Боэмия» с заявлением: «Социализм — вот какое будущее нам хотелось бы видеть на Гренаде... Несмотря на все трудности, мы оптимистически оцениваем перспективы социальной революции в нашей стране» [65]. Слова эти оправдались всем ходом развития гренадской революции. По мере осуществления радикальных демократических и социально-экономических преобразований, укрепления государственного и кооперативного секторов народного хозяйства перед партией неизбежно встал вопрос о переходе к следующему этапу революции: положение на Гренаде стало все более выходить за рамки национально-освободительного движения. Собственный опыт масс подводил их к мысли о том, что демократическая, антиимпериалистическая революция не может выжить, не двигаясь к социализму. «В настоящее время, — заявил Бишоп весной 1982 г. в интервью журналу «Проблемы мира и социализма», — Гренада находится на этапе антиимпериалистического, национально-демократического развития, на пути социалистической ориентации» [66].

Конечно, на этом пути перед Гренадой стояли трудности, естественные для маленькой страны, лишь недавно освободившейся от трехвекового колониального гнета и занимавшей одно из последних мест в Западном полушарии по доходу на душу населения. На ее экономике, в частности, тяжело отразилось падение мировых цен на сырье. Народное правительство испытывало финансовые трудности. Но главным препятствием свободного развития Гренады была подрывная деятельность и нависшая над страной военная угроза со стороны США.

Вашингтон: политика шантажа, угроз, диверсий

Дипломатический нажим, «психологическая война», поддержка контрреволюции саботаж и диверсии — все эти действия США, как мы видели, Гренада испытала на себе уже в первый год революции. Но план «Пирамида» был лишь отправной точкой подлинного наступления крупнейшей империалистической державы на народ маленькой страны.

После раскрытия в октябре 1979 г. первого подготовленного ЦРУ заговора органы безопасности Гренады в марте-апреле 1980 г. ликвидировали еще одну попытку государственного переворота, замышлявшегося в армии. В июне контрреволюционные элементы, связанные с ЦРУ, совершили жестокий диверсионный акт, повлекший за собой многочисленные жертвы.

19 июня 1980 г. страна отмечала День национальных героев. Состоялся первый военный парад частей НРА и народной милиции. Затем в самом большом на Гренаде Куинс-парке на площади Народных героев должен был начаться праздник. Жители столицы и близлежащих поселков, взяв с собой детей, веселые, нарядно одетые, собрались в парке. На большом помосте была сооружена трибуна, на ней стояли, приветствуя собравшихся, руководители НДД и правительства. В 3 часа дня, когда Бишоп подошел к микрофону, рядом с трибуной раздался мощный взрыв. Сработала «адская машина» с часовым механизмом, спрятанная в корзине с бананами, гроздья которых свешивались через край. От взрыва погибли две девочки 13 и 15 лет и молодая женщина, около 100 человек получили ранения, из них 38 — тяжелые. Руководители страны по счастливой случайности не пострадали: их спас цементный помост, на котором стояла трибуна. Как показало расследование, взрывное устройство было иностранного производства, а организовала взрыв диверсионная группа во главе с агентом Гейри неким С. Филипсом, убитым при аресте [67].

В тот же вечер Морис Бишоп выступил по радио, разоблачив «дикий, жестокий, трусливый удар, нанесенный империализмом». В этот горестный для страны день лидер революции твердо заявил: «Наша революция была и есть антиимпериалистическая… Наша революция была и есть антиколониалистская… Мы должны понять, — подчеркнул Бишоп, — что это только начало. То, что произошло сегодня, может повториться». Он призвал народ на защиту революции: «Мы ожидаем, что 20 тысяч или даже 30 тысяч человек вступят в народную милицию и будут готовы вести народную войну» [68].

В июне 1981 г. был раскрыт новый контрреволюционный заговор. В ходе проведенной органами госбезопасности операции была арестована группа заговорщиков и захвачена типография подпольной газеты «Гренадиан войс», призывавшей к развертыванию в стране террора и всеобщей забастовке, которая должна была послужить сигналом к свержению правительства. Руководители группы, как выяснилось, оказались связаны с первым секретарем посольства США на Барбадосе резидентом ЦРУ Эшли Уиллзом и получали от него инструкции [69].

Выступая 19 июня 1981 г., в годовщину взрыва на площади Народных героев, Бишоп подробно рассказал о деятельности контрреволюционеров и их связях с ЦРУ. «Главное же, о чем я хотел сказать сегодня в первую очередь, — это то, что враг, с которым мы столкнулись, — не те желтые журналисты, что выпускают газету «Торчлайт», не те негодяи, что печатали листок, названный ими «Голосом Гренады». Враг, противостоящий нам, — заявил Бишоп, — гораздо более могущественный противник, чем эти марионетки в его руках, делающие для него грязную работу. Другими словами, враг, с которым мы столкнулись, — это вся мощь империализма США, это весь дьявольский механизм ЦРУ» [70].

«Необъявленная война» США против Гренады значительно усилилась с приходом к власти президента Р. Рейгана, став органической частью общего авантюристического курса новой администрации США в международных отношениях, провозглашенного им «крестового похода» против коммунизма. Критикуя политику своих предшественников, Рейган утверждал, что США «проморгали Ленинскую Америку и что необходимо «поставить заслон коммунистической опасности в Карибском бассейне». Одной из главных форм борьбы Белого дома прочий народных правительств Кубы, Никарагуа и Гренады стал военно-политический шантаж, демонстрация «военных мускулов» США и Карибском море.

В августе-октябре 1981 г. состоялись маневры флота США в Карибском море «Оушн венчер-81». В них участвовало 120 тыс. военнослужащих. 240 кораблей и 1 тыс. самолетов. В хода маневров отрабатывалась операции высадки на небольшой по рельефу напоминающий южную оконечность Гренады, остров Вьекес близ Пуэрто-Рико. Печать многих стран сразу же назвала ее «репетицией вторжения» на Гренаду [71]. В апреле 1982 г. во время маневров «Ридекс» на Вьекесе опять проводилась операция «по захвату вражеского острова». Весной следующего годе на маневрах «Ридекс-83» американские военные корабли, включая десантное судно с морскими пехотинцами на борту, крейсировали у берегов Гренады.

Одновременно велась военно-политическая подготовка будущей агрессии: в 1981 г. была создана Организация восточнокарибских государств (ОВКГ), в которую вошли Антигуа и Барбуда, Сент-Люсия, Доминика, Сент-Винсент, Гренада, бывшие тогда британскими владениями Сент-Киттс—Невис и Монтсеррат, а также на правах ассоциированного члена Ямайка. А в ноябре следующего года при поддержке США и Англии был сколочен военный мини-блок ряда восточнокарибских островных государств — так называемая «региональная система безопасности и обороны», предусматривавшая создание военно-полицейских сил под единым командованием. О реакционной направленности новой военной организация и ее роли «санитарного кордона» вокруг революционной Гренады свидетельствовал тот факт, что Гренада не была в нее допущена.

В американской прессе регулярно печатались статьи о «красной угрозе», появившейся в юго-восточной части Карибского моря. Журнал «Ньюсуик» с явной тревогой писал о том, что Гренада «становится первым англоязычным социалистическим государством в мире» [72]. Активное участие в кампании клеветы против молодого революционного государства принимали высокопоставленные деятеля США. Президент Рейган неоднократно выступал с заявлениями о «советско-кубинской милитаризации Гренады», о превращении острова в «бастион военной экспансия», якобы угрожающий «важнейшему средоточию торговых и военных коммуникаций США» [73].

В качестве «доказательства» нависшей над США «угрозы» Рейган ссылался на строительство с помощью Кубы аэропорта в Пойнт-Селайнз, способного принимать тяжелые реактивные самолеты. Однако вскоре выяснилось, что в его сооружении принимают участие не только Куба, но и специалисты из других латиноамериканских и западноевропейских стран, а также американская компания «Лейн Дреджинг». Такие современные аэропорты имеются уже на ближайших к Гренаде островах Барбадос и Тринидад. К тому же совсем рядом со строительством расположено американское (!) медицинское училище, в котором занимаются студенты из США [74].

«Около 40 % нефти, ввозимой в Соединенные Штаты, транспортируется через пролив между Гренадой и Тринидадом и Тобаго, нашим ближайшим соседом, — сказал Бишоп в одном из интервью. — Теперь, когда впервые в истории нашей страны мы строим новый международный аэропорт, это используется как предлог для усиления кампании дезинформации против Гренады. Так что же, в угоду им мы должны перенести свое государство из Карибского бассейна? Может быть, в Африку, подальше от их нефтяного пути?» [75].

Наибольшего накала кампания против Гренады достигла в 1983 г. Выступая 10 марта на ежегодном съезде Национальной ассоциация промышленников, Рейган обрушился на тех членов конгресса, которые, по его словам, «недооценивают» Гренаду, заявляя, что это всего-навсего страна, экспортирующая мускатный орех. «Лица, приводящие такие аргументы, — патетически воскликнул президент, — давно не заглядывали в географический атлас... В Карибском море на карту поставлен не мускатный орех, на карту поставлена национальная безопасность США!» [76].

В июне 1983 г. Бишоп по приглашению ряда американских организаций находился в Вашингтоне, где встретился и вел переговоры с помощником президента по национальной безопасности У. Кларком и первым заместителем госсекретаря К. Дэмом. Президент Рейган отказался принять гренадского премьер-министра, и после переговоров Бишоп заявил, что Белый дом открыто противится нормализации отношений с Гренадой.

Как выяснилось позже, администрация Рейгана уже в это время, за несколько месяцев до интервенции на Гренаду, «настоятельно призывала страны КАРИКОМ изолировать Гренаду» и просила «изучить вопрос о военной акции против режима Бишопа» [77].

С 23 сентября по 2 октября в северо-западном штате Вашингтон, в окрестностях городка Эфрата, батальон специальных десантных частей — «рейнджеров» 75-й дивизии американской армии (брошенной месяц спустя в бой на Гренаде) в условиях чрезвычайной секретности «репетировал» в местном порту операцию вторжения и «освобождения заложников». Ночью «рейнджеры» выбрасывались на парашютах, расчищали взлетно-посадочную полосу и занимали круговую оборону. Затем по их сигналу на полосу приземлялись военно-транспортные самолеты с солдатами [78].

Таким образом, вопрос о военной акции США против революционной Гренады был решен. Требовался лишь повод, предлог, чтобы осуществить вторжение. Империалистические круги США активно готовили условия для возникновения такого предлога.

Трагический октябрь

В те дни, когда американские войска отрабатывали операцию вторжения, на Гренаде происходили события, оказавшиеся роковыми для судеб революции.

После трех лет слаженной совместной работы в партии Новое движение ДЖУЭЛ и Народном революционном правительстве возникли серьезные разногласия. Они касались прежде всего методов руководства партийными и государственными органами, темпов дальнейшего социально-экономического развития. К лету 1983 г. обсуждение этих вопросов стало осложняться личными противоречиями. Ряд членов ЦК НДД во главе с заместителем премьер-министра Б. Кордом выступил с критикой деятельности Председателя Политбюро ЦК и премьер-министра М. Бишопа, обвиняя его в стремлении сосредоточить в своих руках всю полноту власти, и потребовал разделить функции руководителя партии и руководителя государства. Эта часть членов ЦК также считала темпы проведения революционных преобразований «недостаточными», возражая против гибкой политики, проводимой Бишопом внутри страны и на международной арене.

Немалую роль в этих разногласиях сыграли и личные мотивы, недовольство тем, что, как отмечал прогрессивный американский журнал «Фридомуэйс», «для большинства народа Бишоп олицетворял гренадскую революцию» [79]. В Заявлении Коммунистической партии и Революционного правительства Кубы о событиях на Гренаде подчеркивалось, что «речь шла не столько о разногласиях по существу, сколько о личных противоречиях и концепциях в отношении методов руководства, имели место и другие субъективные факторы» [80]. Как в окружении Бишопа, так и в окружении Корда находились лица, толкавшие их на тайную борьбу друг против друга.

Раскол в руководстве мог быть на руку лишь врагам революции. Недаром измышления о «трениях» и «эрозии» революционного процесса в Гренаде инспирировались ЦРУ чуть ли не с первых дней существования народной власти. 18 сентября 1979 г. Бишоп, выступая с речью «На борьбу с дестабилизацией!», назвал среди слухов, «представляющих в настоящее время величайшую угрозу революции», и слух о «борьбе за власть в партии и правительстве» [81].

На заседаниях ЦК ИДД 14—16 и 27 сентября 1983 г. разногласия приняли весьма острый характер, а в последние дни сентября — начале октября, когда Бишоп находился с деловым визитом в Венгрии и Чехословакии (проездом он был также на Кубе), привели к расколу в руководство. Ко времени возвращения Бишопа на Гренаду 8 октября Корду удалось «привлечь на свою сторону большинство членов ЦК партии, а также политического аппарата армии и службы безопасности. 12 октября Бишоп был смещен со своего поста в партии и подвергнут домашнему аресту» [82]. Против него были выдвинуты обвинения в распространении «клеветнических слухов» о готовящемся заговоре с целью его убийства.

15 октября Фидель Кастро направил послание ЦК партии НДД, в котором «выразил глубокую озабоченность тем, что происшедший раскол может нанести значительный ущерб отношению к революционному процессу на Гренаде как внутри страны, так и за рубежом... Он выразил надежду, что возникшие трудности могут быть преодолены путем разумного и серьезного подхода, на принципиальной основе и при проявлении великодушия» [83]. По сути дела, Куба стремилась предупредить «такое положение, при котором события приобрели бы характер насильственной и кровопролитной конфронтации» [84]. Однако раскол, дух сектантства, личные противоречия и серьезные ошибки, допущенные частью гренадского руководства, куда проникли чуждые и даже враждебные революции элементы, привели к трагическим событиям.

Утром 19 октября в Сент-Джорджесе началась многолюдная демонстрация в поддержку Бишопа. Сотни людей смяли охрану, около 12 час. дня освободили Бишопа из-под домашнего ареста и двинулись через город, привлекая новых демонстрантов, к форту Руперт. Достоверных сведений о том, что произошло дальше, пока не имеется. Известно только, что у форта началось столкновение многотысячной толпы, куда затесались и лица, враждебные революции, и провокаторы, с солдатами, посланными охранять форт. Солдаты открыли огонь. В результате было убито около 20 человек, в том числе Бишоп и несколько министров.

Вечером в официальном сообщении было объявлено о смерти премьер-министра Мориса Бишопа, министра иностранных дел Юнисона Уайтмена, министра образования Жаклин Крефт, первого заместителя председателя Совета профсоюзов Гренады Винсента Ноэла, министра жилищного строительства Норриса Бейна, генерального секретаря профсоюза сельскохозяйственных и неквалифицированных рабочих Фитцроя Бейна.

Винсент Ноэль                                    Юнисон Уайтмен                                         Жаклин Крефт

Удивительная согласованность государственного переворота в Сент-Джорджесе, убийства Бишопа и последовавшей за ним американской интервенции уже в первые дни наводила на мысль о причастности ко всем этим событиям спецслужб США. Выступая на траурном митинге в Гаване, посвященном памяти погибших на Гренаде кубинских интернационалистов, Фидель Кастро сказал: «Сегодня пока еще никто не может точно сказать, по своей инициативе или же по указке империализма был посеян раздор в гренадском руководстве. Не исключено, что это дело рук ЦРУ. Кто были те, кто подготовил заговор против Бишопа в рядах партии, армии и службы государственной безопасности? Были ли они группой экстремистов, зараженных теоретическим политиканством, либо речь идет попросту о группе оппортунистов с непомерными амбициями или даже о вражеских агентах, которые хотели бы покончить с революцией на Гренаде? Только история даст на это окончательный ответ» [85].

Вскоре в печати появились сообщения, подтверждавшие предположения о «работе» ЦРУ на Гренаде. Выяснилось, что в посольстве США на Барбадосе был создан центр, координировавший тайные операции против Народного революционного правительства. Его сотрудники А. Роджерс и Э. Уиллз [86], неоднократно посещавшие Гренаду, установили контакты и завербовали ряд гренадских военнослужащих и сотрудников органов безопасности, проходивших в свое время подготовку в США и Англии.

В феврале 1984 г. журнал «Каверт экшн» опубликовал статью о деятельности американских спецслужб на Гренаде (перепечатанную в газете «Гранма»). В ней вновь была разоблачена роль Э. Уиллза в октябрьских событиях, сообщалось, что во время высадки интервентов он оказался на вертолетоносце «Гуам» и корректировал действия сил вторжения [87]. Американские солдаты, залившие кровью Гренаду, откровенно рассказывали о помощи ЦРУ в их «освободительной миссии». Мексиканский журналист Рамон Xимено в военном лагере Форт-Брэгг опросил около двух десятков солдат 82-й дивизии — «героев Гренады», как назвал их президент Рейган. Один из них поведал: «Нам ребята из ЦРУ указывали, где дома коммунистов, и там мы убивали всех. Даже цыплят и свиней. Мы вычистили все, освободили эту страну». А другой добавил: «Да, ребят из ЦРУ надо поблагодарить от всей души. У них были сотни агентов на острове. Они были нашими проводниками» [88].

Таким образом, объективно произошло смыкание действий заговорщиков, стремившихся сместить Бишопа, и внутренней контрреволюции вкупе с агентурой ЦРУ. История революционного движения дает многочисленные свидетельства того, что одним из главных слагаемых его победы является единство революционных сил. «Инертность, отставание или уклонение на пути к единству — желанный подарок, который революционное движение делает врагу» [89] — так охарактеризовал важность проблемы единства представитель Коммунистической партии Кубы на Международной теоретической конференции революционных партий и организаций Латинской Америки и Карибского бассейна (Гавана, 1982 г.). Трагический конец гренадской революции еще раз подтвердил справедливость этого вывода.

Арест Бишопа послужил для Вашингтона сигналом к непосредственной подготовке операции вторжения на Гренаду, которая получила кодовое название «Вспышка ярости» («Эрджент фьюри»). Уже 15 октября представители американской администрации обсуждали с премьер-министром Барбадоса Т. Адамсом вопрос о «совместных действиях» против Гренады [90]. При этом было решено придать интервенции вид «коллективной акции» восточнокарибских государств и США по «спасению Бишопа», судьбу которого дружно оплакивала американская буржуазная пресса, еще недавно поливавшая его грязью.

20 октября на Гренаде был сформирован и взял в свои руки всю полноту власти Революционный военный совет во главе с командующим вооруженными силами Гренады генералом X. Остином. Вечером того же дня президент Рейган отдал приказ американской эскадре, направлявшейся в Ливан, изменить маршрут и взять курс на Гренаду с целью «защиты жизни американских граждан, прежде всего более 600 студентов медицинского училища». До гибели гренадской революции оставалось несколько дней.

Интервенция на Гренаду — государственный терроризм в действии

21 октября собравшиеся на Барбадосе лидеры ОВКГ после обмена мнениями с представителем США решили «просить помощи дружественных стран с целью... создания сил по поддержанию мира» в восточнокарибском регионе. Решение это не имело никакой юридической силы, так как Устав ОВКГ предусматривает принятие «мер коллективной безопасности» только против внешней агрессии и при условия единогласия ее членов, а Гренада даже не была приглашена на заседание. На чрезвычайном совещании КАРИКОМ, созванном 22 октября, Гайана и Тринидад и Тобаго выступили против интервенции. Но все эти «тонкости» уже не имели значения для Вашингтона: разработка деталей операции вторжении и подготовка к ней шли полным ходом.

23 октября США получили «настоятельную просьбу» пяти членов ОВКГ «помочь... восстановлению законности и порядка» на Гренаде. Была объявлена «коллективная акция» против Гренады, в осуществлении которой приняли участие 15 тыс. американских солдат и современная военная техника США и три сотни солдат островных карибских государств — Барбадоса, Ямайки, Доминики, Сент-Люсии, Сент-Винсента и Сент-Киттса, символическое присутствие которых должно было прикрыть фиговым листком «коллективной акции» агрессию США против революционного государства.

Выдвинутый Белым домом предлог «спасении жизни американских граждан» повторял утверждения, использовавшиеся всеми правительствами США для оправдания многочисленных американских интервенций в карибские страны в первой четверти XX в., и возвращал мир к эпохе разбойничьей «дипломатии канонерок». Подданным США на Гренаде не грозила опасность. Революционный военный совет 21 октября заверил студентов американского медицинского училища и всех американцев на острове, что он гарантирует «защиту их жизни и собственности». Об отсутствии какой-либо опасности для студентов заявил ректор училища Ч. Модика. Более того, в субботу, 22 октября, на пресс-конференции в госдепартаменте журналистам было официально объявлено, что американским гражданам на Гренаде ничто не угрожает [91].

В этот же день правительство Кубы направило в Вашингтон послание, касающееся положения иностранцев на Гренаде. «США озабочены судьбой многочисленных американских граждан на Гренаде, — говорилось в нем. — Мы тоже озабочены судьбой сотен кубинцев, работающих в этой стране в различных отраслях, а также сообщениями о том, что к Гренаде приближаются военно-морские подразделения США... Для наших стран было бы целесообразно поддерживать контакт и сотрудничать при возникновении трудностей для принятия мер, касающихся безопасности этих лиц, с тем, чтобы избежать насилия и интервенции» [92]. Но ответ на это послание Куба получила только через три дня, когда американские войска уже вели боевые действия на острове.

Американская эскадра вошла в территориальные воды Гренады 24 октября. На Барбадосе один за другим садились военно-транспортные самолеты с морской пехотой, которую перебрасывали из Пуэрто-Рико. Самолеты «RC-135» осуществляли воздушную разведку для обеспечения операции вторжения. В 17 час. этого же дня президент Рейган скрепил своей подписью план операции «Вспышка ярости».

Вторжение началось в 5:30 утра 25 октября. В районе аэропорта Пойнт-Селайнз был выброшен десант в составе двух батальонов парашютистов, расчистивших взлетную полосу для самолетов с морскими пехотинцами. Одновременно вертолеты с десантниками (около 500 человек) приземлились на аэродроме Пирлз. 1200 солдат морской пехоты и 700 «рейнджеров» при поддержке бомбардировщиков, истребителей и боевых вертолетов начали интервенцию. Боевые корабли вели огонь по Сент-Джорджесу, самолеты и вертолеты ВВС США забрасывали бомбами защитников аэропорта и жилые кварталы столицы.

Американские стратеги, обрушившие боевую мощь крупнейшей империалистической державы на крошечный остров, рассчитывали сокрушить революционную Гренаду одним ударом за 4 часа, поставив мир перед свершившимся фактом. Но защитники Гренады оказали сопротивление агрессорам. Уже в 6 час. утра радиостанции «Свободная Гренада» передала сообщение о боях в районе аэропорта. Интервентам на всем острове противостояла небольшая, насчитывавшая менее 1 тыс. бойцов армия и отряды народной милиции. Но они не дрогнули перед противником, обладавшим колоссальным превосходством в вооружении и боевой технике: было уничтожено 8 американских вертолетов, убито и ранено свыше 100 американских солдат [93].

Героическое сопротивление агрессору оказали кубинские интернационалисты строители аэропорта. В течение 25 октября окружившие их лагерь американские войска несколько раз безуспешно пытались ваять его штурмом. Горстка людей более суток противостояла кадровым частям армии США.

Белый дом вынужден был признать, что сопротивление гренадцев «оказалось сильнее, чем ожидалось» [94]. По словам обозревателя Эн-би-си, «сражение в столице было непредвиденно ожесточенным, особенно в районе форта Фредерик» [95]. На остров срочно перебрасывались подкрепления на 82-й воздушно-десантной дивизии «сил быстрого развертывании», боевые вертолеты. Овладев фортом Фредерик и другими рубежами обороны гренадцев, они заставили патриотов отойти сначала в пригороды столица, а затем в горы. 28 октября министр обороны США К. Уайнбергер признал, что «на территории Гренады до сих пор сохраняются очаги сопротивления». К ноябрю численность интервентов на острове достигла 7,5 тыс., а вместе с находившимися на кораблях — 15 тыс. американских солдат. Однако в горах сопротивление партизанских групп продолжалось еще почти месяц после того, как 3 ноября было официально объявлено о прекращении боевых действий [96].

Революционная Гренада сражалась самоотверженно. Не приветствиями, а выстрелами встречали гренадцы агрессоров, прибывших «восстанавливать демократию». Именно сопротивление народа Гренады и кубинских интернационалистов показало всему миру возможность вооруженного отпора империалистической агрессии, не дало правящим кругам США запугать народы Кубы, Никарагуа, Сальвадора, на устрашение которых не в последнюю очередь была направлена интервенция. «Гренада показала, — заявил Фидель Кастро, выступая на траурном митинге с речью “Пиррова военная победа и глубокое моральное поражение”, — что можно бороться против отборных империалистических войск и не бояться их. Империалисты должны знать, встретят решительное сопротивление всякий раз, когда попробуют совершить агрессию против любого революционного народа» [97].

Американские оккупанты на Гренаде

Агрессия США против Гренады потрясла мир. Ничем не спровоцированное вооруженное нападение на молодое государство — члена ООН, ОАГ, КАРИКОМ, Содружества явилось вопиющим нарушением основных норм и принципов международного права, гегемонистской претензией творить произвол в международных отношениях. 26 октября было срочно созвано заседание Совета Безопасности ООН. Все выступавшие, за исключением участников бандитской акции, заклеймили расправу над народом Гренады.

На чрезвычайном пленарном заседании Генеральной Ассамблеи, рассматривавшей 2—3 ноября вопрос «Положение на Гренаде», за осуждение агрессии проголосовало 108 стран, против — лишь участники интервенции, Израиль и сальвадорская хунта.

В Заявлении ТАСС от 26 октября 1983 г. в связи с интервенцией против Гренады подчеркивалось, что «речь идет о прямой вооруженной агрессии против миролюбивого народа малой, никому и ничем не угрожающей страны. Цель — свержение существующего там общественного строя, попытка с помощью силы навязать гренадскому народу порядки, угодные Вашингтону, запугать другие свободолюбивые народы Латинской Америки, да и не только их. Своими действиями в отношении Гренады правительство Соединенных Штатов Америки демонстрирует полное презрение к общепринятым нормам международного права, втаптывает в грязь высокие принципы Устава Организации Объединенных Наций» [98].

Народы мира осознали интервенцию против Гренады как угрозу всем странам отстаивающим свою независимость. «Сегодня Гренада, завтра — Гайана, послезавтра — кто?» — задал тревожный вопрос премьер-министр Гайаны Ф. Бернхэм. Но не только малые страны — ни одно государство не может чувствовать себя в безопасности, видя, как Белый дом использует военную силу в качестве аргумента для разрешения всех вопросов. «Колокола, которые сегодня аконит по Гренаде, завтра могут зазвонить по всему человечеству» [99].

Распятая свобода

Утвердившись на Гренаде, агрессоры установили на острове жестокий оккупационный режим. Вертолеты ВВС США в течение двух месяцев постоянно кружили над горными районами, все дороги и улицы городов патрулировались вооруженными американскими солдатами, были введены особые «закрытые» зоны, ограничено свободное передвижение по острову. Из США прибыли военные и гражданские советники с целью создания в стране «нового порядка».

В первые же дни интервенции более 2 тыс. сторонников народной власти — активистов партии Новое движение ДЖУЭЛ и профсоюзов, деятелей Народного революционного правительства, бойцов Народной революционной армии и народной милиции, работников национализированных предприятий и кооперативов — были брошены в тюрьму и созданный оккупантами концлагерь, многие из них подвергнуты пыткам. Министр юстиции, член руководства НДД К. Рэдикс, прошедший через концлагерь и чудом вырвавшийся из него, рассказал о расправах с гренадскими патриотами: «Сначала арестованных избивают. Потом им завязывают глаза и бросают в вертолеты, а во время полета просто подталкивают к открытой двери». Побывавшая на острове профессор Нью-Йоркского городского колледжа М. Самад-Мэтиас свидетельствовала: «Арестованных заставляли раздеваться догола и били... Их сгоняли в загоны для скота, окружали сворами свирепых собак, которые при малейшем движении бросалось на людей».

Аресты и расправы

В ноябре 1983 г. оккупанты с помощью генерал-губернатора П. Скуна с большим трудом (не так-то просто было найти достаточное количество марионеток, готовых выполнять приказы интервентов) сформировали «временное правительство» — консультативный совет. По указке американских военных властей Скун отдал приказ об арестах без всяких санкций всех «подозрительных» лиц, запретил проведение собраний, митингов и демонстраций, ввел цензуру. А командующий оккупационным корпусом Д. Фаррис откровенно заявил, что создаваемый им мощный полицейский аппарат гарантирует, что «левым революционерам никогда уже не удастся прийти к власти».

Оккупанты отправили в США всю документацию государственных учреждений, чтобы «проанализировать» списки гренадских служащих, членов общественных организаций, профсоюзов, планы строительства и реконструкции предприятий, банковские счета и т.д. Крупные суммы предлагались тем, кто выдаст укрывшихся в подполье активных сторонников правительства Бишопа [100].

Американские власти на острове выпустили из тюрьмы уголовников и «мангуст». Англичанка Лизбет де Блок, учительница начальной школы, работавшая на Гренаде с 1979 г., на пресс-конференции в Лондоне рассказала: «Профессиональные бандиты из банд “мангуст” были немедленно привлечены американцами в качестве осведомителей и подручных при проведении облав на сторонников гренадской революции. В аэропорту и на установленных по всему острову контрольно-пропускных пунктах они стояли бок о бок с американскими солдатами, показывая, кого надо арестовать, а кого можно пропустить» [101].

Оккупанты отменили все завоевания революции: бесплатное медицинское обслуживание, дотацию на получение среднего образования и стипендии в университетах. В больницах почти не осталось врачей, сельскохозяйственные кооперативы распущены, безработица, снизившаяся при правительстве Бишопа до 14 % трудоспособного населения, достигает теперь 30 %. Прекратили существование местные советы, национальные женская, молодежная и пионерская организации. По приказу Скуна в конце 1983 г. из тюрьмы были выпущены профессиональные террористы, подготовившие взрыв 19 июня 1980 г. в Куинс-парке.

Одновременно идет подлинная колонизация Гренады Соединенными Штатами. Уже в конце ноября 1983 г. по заданию Белого дома на остров выезжала специальная «рабочая группа» во главе с одним из руководителей Управления международного развития США Дж. Моррисом, которая предложила резко сократить государственный сектор, получивший развитие при народной власти, сделать упор на поощрение частного предпринимательства, установить контроль американских банков над финансами Гренады. К лету 1984 г. почти все государственные предприятия были возвращены в частные руки. Экономические соглашения с социалистическими странами ликвидированы [102].

Аэродром в Пойнт-Селайнз, который, как утверждал Рейган, превращался в «крупную военную базу кубинцев и русских», ныне с помощью американских войск достраивается ускоренными темпами: администрация США выделила на эти цели большие суммы. В апреле 1984 г. в печати появились сообщения о том, что в Пойнт-Селайнз создается военно-воздушная база, которую Пентагон намерен взять «в аренду» на 99 лет, подписав соглашение с марионеточным режимом в Сент-Джорджесе. На Гренаде все еще остаются свыше тысячи американских солдат и так называемые «карибские силы по поддержанию мира», в которые входят несколько сот солдат стран — соучастников интервенции.

На оккупированную Гренаду возвратился бывший диктатор Гейри, свергнутый в 1979 г. и отсиживавшийся все эти годы в Сан-Диего (США). Он принял участие в «торжествах 7 февраля» по случаю 10-й годовщины провозглашения независимости Гренады, устроенных американскими оккупационными войсками под музыкальное сопровождение военного оркестра 82-й воздушно-десантной дивизии США — той самой, что в октябре 1983 г. распинала на штыках свободную Гренаду.

Но интервенты не смогли вычеркнуть из памяти гренадцев годы революции. Газета «Чикаго сан» признала, что «на Гренаде по-прежнему живы воспоминания о революционном правительстве, меры и реформы которого продолжают пользоваться популярностью». На стенах домов в Сент-Джорджесе ночью появляются надписи: «Нет Бишопа, нет революции, нет работы!», «Помни Ревó!» (так сокращенно называли гренадцы революцию при народной власти) [103].

13 марта 1984 г., в пятую годовщину свержения революционными силами Гренады проимпериалистической диктатуры, правящий на острове консультативный совет запретил проведение каких-либо публичных актов в ознаменование этой даты, опасаясь, что празднования могут вылиться в протесты против американского присутствия. Страх охватывает марионеток при одной мысли о том, что народ помнит о революции.

Состоявшееся 13—15 июня 1984 г. в Гаване первое консультативное совещание антиимпериалистических организаций стран Центральной Америки и Карибского бассейна среди актуальных задач борьбы народов региона против экспансии Вашингтона и произвола его ставленников назвало развертывание широкой кампании в защиту Гренады, оккупированной американской военщиной. Участники совещания выразили «убежденность в том, что народ Гренады сумеет поднять факел национального и социального освобождения, зажженный руководителем гренадской революция Морисом Бишопом» [104]. Невозможно заковать в кандалы народ, познавший подлинную свободу.


Примечания авторов

[1] Гренада: терроризм США в действии. Документы, факты, комментарии. М., 1983.

[2] Коммунист, 1983, № 16; Международная жизнь, 1984. № 1.

[3] Государство Гренада включает одноименный остров и прилегающие к нему островки Южные Гренадины (территория 344 кв. км). Население страны в 1983 г. составляло 120 тыс. человек, примерно столько же эмигрировавших из страны гренадцев проживает на соседнем острове Тринидад и в Венесуэле, десятки тысяч живут также в Англии и США. По этнорасовому составу половина населения Гренады — негры, более 2/5 — мулаты (и те и другие потомки ввезенных сюда из Африки в XVII — начале XIX в. черных рабов), 1 % — белые. Государственный язык — английский.

[4] В 1975 г. на долю всего 38 крупных собственников приходился 31 % обрабатываемой земли, а 10 026 мелким собственникам принадлежало только 23 %, причем 9/10 из них имели участки менее 2 га. — Handbook of International Trade and Development Statistics, 1979. New York, 1979.

[5] Newsweek, 11.02.1974, p. 19; The Times, 22.11.1983.

[6] Luna J. Granada, la nueva joya del Caribe. La Habana, 1982, p. 89.

[7] Daily World, 17.01.1980.

[8] Luna J. Op. cit., p. 17.

[9] Canadian Tribune, 26.03.1979.

[10] El Día (Mexico), 8.02.1977; Granma, 10.08.1978, 22.08.1978.

[11] Док. ООН A/32/PV.25, c. 558.

[12] Там же, с. 559.

[13] Bishop M. Selected Speeches. 1979—1981. La Habana, 1982. p. 58.

[14] Round Table, October 1980, № 280, p. 382.

[15] Bishop M. Selected Speeches, p. 40—41.

[16] «Папа Док» — прозвище гаитянского тирана Франсуа Дювалье, врача по образованию.

[17] El Día (Mexico), 14.12.1976.

[18] Joint Endeavour for Welfare, Education and Liberation (JEWEL).

[19] Jacobs W.R., Jacobs I. Grenada: the Route to Revolution. La Habana, 1980, p. 75.

[20] Данные биографии Бишопа взяты из предвыборного плаката Нью ДЖУЭЛ 1976 г. — См. иллюстрированное приложение к книге: Luna J. Op. cit.

[21] Политические и общественные деятели о 60-летии СССР. — Латинская Америка, 1982, № 12, с. 94.

[22] Morning Star, 24.08.1979.

[23] Bishop М. Selected Speeches, p. 265.

[24] Ibid., р. 269.

[25] Ibid., р. 226.

[26] Luna J. Op. cit., р. 74.

[27] Первый из авторов в 1971—1979 гг. был профессором Вест-Индского университета на Ямайке, в 1982—1983 гг. — послом Гренады в СССР; второй — ответственным сотрудником правительства Бишопа, заместителем представителя Гренады в ООН. Рец. на книгу Джекобсов см.: Коммунист, 1982, № 14.

[28] Jacobs W.R., Jacobs I. Op. cit., p. 33—38, 89—91, 117.

[29] Bishop М. Selected Speeches, p. 227.

[30] Jacobs W.R., Jacobs I. Op. cit., p. 124.

[31] Ленин В.И . Полн. собр. соч., т. 34, с. 247, 435.

[32] Jacobs W.R., Jacobs I. Op. cit., p. 12; West Indian Digest (London). March, 1980, p. 7.

[33] Bishop M. Grenada: Forward March. — Morning Star. 28.08.1979.

[34] Bishop М. Selected Speeches, p. 3—5.

[35] Этот символ — красный диск на белом фоне — дал основание журналистам (например, перуанцу Хорхе Луне) назвать свержение диктатуры «операцией “Яблоко”». — Luna J. Op. cit., р. 91. Однако ни в книге братьев Джекобс, ни в речах Бишопа это название не упоминается, и возникло, вероятно, уже после революции.

[36] Джекобс У.Р. Революционный процесс на Гренаде. — Латинская Америка, 1983, № 6, с. 38.

[37] Бишоп М. Гренада строит новую жизнь. — Латинская Америка, 1983, № 1, с. 82—83.

[38] Bishop М. Selected Speeches, p. 96.

[39] Ibid., р. 11.

[40] Ibid., р. 41.

[41] Джекобс У.Р. Указ.соч., с. 41.

[42] Bishop М. Selected Speeches, p. 56.

[43] Bishop М. Message to Grenadians at Home and Abroad. — West Indian Digest. March, 1980, p. 8.

[44] КАРИКОМ (Caribbean Commonwealth), Карибское сообщество — региональная организация, в которую входят 13 англоязычных стран Карибского бассейна.

[45] Bishop М. Selected Speeches, p. 13.

[46] Ibid., р. 91.

[47] Ibid., р. 13—14.

[48] Luna J. Op. cit., р. 146.

[49] Bishop М. Selected Speeches, p. 24.

[50] Canadian Tribune, 19.11.1979.

[51] Bishop М. Selected Speeches, p. 111—112.

[52] Проблемы мира и социализма, 1982, № 4, с. 66.

[53] Bishop М. Selected Speeches, p. 113.

[54] Латинская Америка, 1983, № 1, с. 82.

[55] Report of the National Economy for 1981 and the Prospects for 1982. People’s Revolutionary Government of Grenada. St. George’s, 1982; Report on the National Economy for 1982 and the Budget-Plan for 1983 and Beyond. St. George’s, 1983.

[56] West Indian Digest, March 1980, p. 12.

[57] Bishop M. Selected Speeches, p. 181.

[58] Латинская Америка, 1983, № 1, с. 89—90.

[59] Bishop М. Selected Speeches, p. 52.

[60] Правда, 28.08.1982.

[61] Там же.

[62] Правда, 29.08.1982.

[63] Бишоп М. Гренада выбрала свой путь. — Проблемы мира и социализма, 1982, № 4, с. 63—64.

[64] El País (Madrid), 30.10.1983.

[65] Цит. по: Luna J. Op. cit., p. 87.

[66] Бишоп М. Гренада выбрала свой путь, с. 64.

[67] Canadian Tribune, 19.11.1979; Bishop М. Selected Speeches, p. 142.

[68] Bishop M. Selected Speeches, p. 137, 141.

[69] Ibid., p. 218—219; Daily World, 23.I.1981.

[70] Bishop M. Selected Speeches, p. 211.

[71] Daily World, 8.07.1981, 10.09.1981.

[72] Newsweek, 31.03.1980, р. 18.

[73] The Nation, 12.11.1983, p. 454.

[74] Училище было создано в 1977 г. на средства одного американского миллионера для абитуриентов, не сумевших поступить в медицинские колледжи в США. Подобные американские учебные заведения имеются и в ряде других стран Карибского бассейна. — Bohemia, 8.07.1983, р. 62—63.

[75] Латинская Америка, 1983, № 1, с. 93.

[76] The Nation, 12.11.1983, p. 454.

[77] Washington Post, 27.10.1983.

[78] People’s World, 12.11.1983.

[79] Freedomways, v. 23, 1983, № 4, p. 275.

[80] Declaraciones de Cuba sobre sucesos de Granada. Octubre 1983. La Habana, 1983, p. 2.

[81] Bishop М. Selected Speeches, p. 65.

[82] Declaraciones de Cuba..., p. 2.

[83] Ibidem.

[84] Ibid.

[85] Правда, 16.11.1983.

[86] Имя Эшли Уиллза как агента ЦРУ назвал Бишоп, выступая 19 июня 1981 г. — Bishop М. Selected Speeches, p. 218.

[87] Granma, 11.03.1984.

[88] People’s World, 7.1.1984, p. 12; Правда. 17.04.1984.

[89] Цит. по: Латинская Америка, 1984, № 1, с. 65.

[90] Гренада: терроризм США в действии..., с. 54; The New York Times, 28.10.1983.

[91] Гренада: терроризм США в действии..., с. 48—50.

[92] Declaraciones de Cuba..., p. 13—15.

[93] The Times, 10.11.1983.

[94] Castro F. Una victoria militar pirrica у una profunda derrota moral. La Habana, 1983, p. 17.

[95] Гренада: терроризм США в действии..., с. 25.

[96] Подробнее об интервенции США на Гренаде см.: Муравьев Д.Д. Гренада — жертва агрессии империализма США. — Коммунист, 1983, № 16; Иванов Ф. , Семенов С. Наглая агрессия США против Гренады. — Зарубежное военное обозрение, 1984, № 1; Нитобург Э.Л. Бандитская акция против Гренады. — Международная жизнь, 1984, № 1; Лазарев М.И. Гренада: разбой вместо права (международно-правовой подход). — Латинская Америка, 1984, № 3.

[97] Castro F. Una victoria militar pirrica..., p. 17.

[98] Правда, 27.10.1983.

[99] Castro F. Una victoria militar pirrica..., p. 14.

[100] Washington Post, 22.11.1983; Granma, 7.07.1984.

[101] Гренада: терроризм США в действии…, с. 28—29.

[102] Bohemia, 6.04.1984.

[103] Granma, 11.03.1984.

[104] Granma, 15.06.1984.


Комментарии

[I] Э.Л. Нитобург и Е.Л. Ровинская, разумеется, как советские авторы, опубликовавшие статью в официальном советском журнале, не могли называть страны советского блока иначе как «социалистическими» (вне зависимости от того, верили они в это сами или нет).

[II] Как можно заключить из этого высказывания, М. Бишоп и руководство ДЖУЭЛ, хотя они и внедряли на Гренаде систему демократического участия населения в управлении, отличную от советской, полагали, что существовавший в СССР и странах Восточного блока строй — это «социализм».


Опубликовано в журнале «Новая и новейшая история», 1984, № 5.

Комментарии Александра Тарасова


Эдуард Львович Нитобург (1918—2008) — советский, затем российский ученый-американист, преподаватель.

Елена Л. Ровинская — советская, затем российская американистка и латиноамериканистка.