Светлой памяти Иосифа Фёдоровича Дубровинского (Иннокентия) Saint-Juste > Рубрикатор

Григорий Зиновьев

Светлой памяти Иосифа Фёдоровича Дубровинского (Иннокентия)[1]

Иосиф Фёдорович Дубровинский

Великое несчастье постигло русских марксистов.

Умер Иннокентий... Утонул где-то в отдаленном глухом селе, в далекой ссылке Туруханского края. Ушел из жизни лучший из лучших… Погиб рыцарь духа в самом высоком смысле этого слова. В рядах наших опустело место, бесспорно принадлежавшее самому достойному из достойных.

Тяжелые условия подпольного существования русских марксистов сделали то, что даже далеко не все могут отдать себе отчет — кого мы потеряли в лице почившего товарища! Только те из рабочих, кому довелось лично встречаться с Иннокентием, могут понять, какое великое горе постигло нас.

При иных условиях Иннокентия знала бы и горячо любила бы вся рабочая Россия. Ей — отдал всю свою жизнь, все свои силы, всего себя этот светлый, высоко одаренный человек, образ которого не забудет ни один из тех, кому выпало на долю близко знать Иосифа Федоровича. Рабочему делу служил он верою и правдою два десятка лет. Ни на минуту не выбывал из строя добровольно. Несокрушимая энергия, светлый ум сочетались у него с недюжинным образованием и высоким идеализмом в самом благородном смысле этого слова. Если спросить многочисленных знакомых, товарищей, друзей покойного, какая черта больше всего характеризует благородный образ Иосифа Федоровича, — мы уверяем, все они ответят: прежде всего — полная и беззаветная самоотверженность, преданность делу, граничащая с полным самоотречением. Иннокентием — звали его широкие круги товарищей, «Иноком» — звали его мы в тесном кругу. Столько любви и уважения вкладывали люди в это слово «Инок», часто сами не отдавая себе отчета в своих чувствах. И — правда! В этом пламенном политическом работнике вместе с тем было что-то такое, что делало его похожим на человека не от мира сего, на действительного инока, на мученика из тех, что, не задумываясь, руку положат в огонь за дело, в которое они верят и которому беззаветно служат. «Инок» принадлежит к небольшому кружку славных пионеров русского движения и русского марксизма. Организатор по природе, он чувствовал себя в своей стихии именно на работе созидания, строительства, организации. И чем больше были трудности, чем чаще на головы строителей обрушивались тяжелые удары, тем настойчивее, упорнее, беззаветней работал И.Ф. Ни удары врагов, ни шаткость, маловерие, измены бывших друзей ни на одну секунду не поколебали великого строителя. И ни на минуту не выпал молот из его рук.

Пишущий эти строки близко познакомился с И.Ф. только в начале 1906 г. Физические силы Иннокентия уже тогда были сильно надорваны. Худой, изможденный, полубольной он приезжает в С.-Петербург после долгого тюремного заключения.

Вспоминается 1905 г…. Все время интенсивная работа на передовых постах…

Лондонский съезд. Это уже в 1907 г. Иннокентий снова в тюрьме. Но, узнав, что он скоро будет на свободе, товарищи заочно выбирают его делегатом[2]. В Лондон он приезжает уже в день закрытия съезда. С какой радостью приветствуют его все делегаты-единомышленники. На собраниях большевистской делегации (представлявшей более 50 тысяч организованных рабочих) «Инока» сразу выбирают председателем.

1908 г. Ряды организованных рабочих сильно поредели. Положение трудное. Появляются уже и перебежчики. Нужны героические меры. «Инок» — болен. Многие признаки туберкулеза — налицо. Но его невозможно удержать никакими убеждениями. Он возвращается в Россию из своего вынужденного пребывания за границей, где выполняет огромную работу. Он — в С.-Петербурге.

Поздней осенью 1908 года, когда он собирался уже выехать из СПБ., его снова арестовывают на вокзале. Новое тюремное заключение, новый этап, новая ссылка, новая болезнь и, наконец, новый побег из ссылки. «Инок» возвращается за границу совсем больной и… снова несет на себе большую работу. В начале 1910 г. он опять возвращается на родину: трудное положение дел снова требует этой поездки. Через короткое время его арестовывают в Москве. Снова отдаленная ссылка и — смерть...

Все эти годы И.Ф. живет при самых отчаянных условиях. Всюду его преследуют по пятам. Во время проездов в город, где живет его семья, он видит своих детей только тогда, когда они спят: возраст детей таков, что они еще не могут усвоить требований «конспирации» и, если увидят отца, того и гляди станут делиться своей радостью слишком усердно… Личные свои потребности И.Ф. урезывает до невозможного минимума. Даже лечение он считает недопустимой роскошью, хотя его здоровье надрывается все больше и больше.

И.Ф. обладал огромным организаторским талантом. В других условия из таких фигур выходят деятели как Ауэр[I], Зингер[II], Гэд[III]. Такие люди являются душой нашего великого рабочего движения. Они служат цементом, скрепляющим это движение. Они — наша гордость и надежда. Их великая роль — учителей, организаторов — незабываема...

Я чувствую, что то, что я сказал, бледно, слабо и не дает достаточного представления об изумительной фигуре И.Ф., благородно-чуткого, самоотверженного, почти святого человека. Многие друзья, товарищи и почитатели покойного, я уверен, обрисуют образ Иннокентия гораздо лучше, чем это сделали мои беглые, слабые, строки. Это нужно сделать, товарищи. Русский рабочий класс, выдвинувший этого славного работника, должен быть ознакомлен с жизнью своего преданнейшего представителя — Иосифа Федоровича Дубровинского.

В других странах за гробом такого деятеля, каким был И.Ф., шли бы сотни тысяч рабочих, У нас он умер одинокий, заброшенный, вдали от любимого дела и дорогих людей...

Памятник И. Ф. Дубровинскому в селе (ныне — поселок городского типа) Покровское Орловской области

Примечания Ц. С. Зеликсон-Бобровской

[1] Из «Рабочей Правды», № 14, 28 июля 1913 г., Петербург.

[2] Был выбран, еще будучи на воле.


Комментарии научного редактора

[I] Ауэр Игнатий (Игнац) (1846—1907) — видный деятель германского рабочего и социал-демократического движения. По профессии — седельщик, затем владелец седельной мастерской. В 1869 г. примкнул к Социал-демократической рабочей партии, в 1872 г. основал Всеобщий немецкий союз седельщиков, в 1875 г. — Всеобщий союз обойщиков. После объединительного съезда в Готе — секретарь Социалистической рабочей партии (с 1890 г. — Социал-демократическая партия Германии). Представлял правое крыло партии, сторонник Э. Бернштейна. Прославился фразой «Милый Эдуард, ты — осел: подобные вещи делают, но о них не говорят» (о соглашениях с правящим режимом). В 1877—1878, 1880—1887 и 1890—1907 гг. — депутат рейхстага. Считался лучшим оратором партии после А. Бебеля и В. Либкнехта, отличался организационным талантом.

[II] Зингер Пауль (1844—1911) — немецкий промышленник, один из лидеров Социал-демократической партии Германии, в которую он вступил в 1878 г., во времена Исключительного закона против социалистов. В 1890 г. избран председателем правления Социал-демократической партии. В 1884—1911 гг. — депутат рейхстага. Считался одним из лучших организаторов и администраторов партии.

[III] ГэдГед Жюль (Базиль Матьё) (1845—1922) — видный деятель французского и международного социалистического движения, один из лидеров II Интернационала. Первоначально — левый республиканец, совместно с Ж. Валлесом издавал газету «Права человека». В 1871 г. поддержал Парижскую коммуну, за что был осужден на 5 лет заключения, бежал в Швейцарию, затем — в Италию. Стал бакунистом, но затем перешел в ряды марксистов. Наряду с П. Лафаргом был первым пропагандистом марксизма во Франции. В 1877 г. основал социалистическую газету «Эгалите», подготовившую образование Рабочей партии (1879). В 1880—1901 гг. возглавлял Рабочую партию Франции, с 1893 г. — член парламента. В 1901 г. Гед и его сторонники объединились с бланкистами в Социалистическую партию Франции, которая в 1905 г. слилась с Французской социалистической партией Ж. Жореса в Объединенную социалистическую партию. После начала I Мировой войны — социал-шовинист, в августе 1914 — октябре 1915 г. — государственный министр Франции. Автор ряда книг, из которых минимум две («Коллективизм» и «Государственные предприятия и социализм») переведены на русский язык.


Опубликовано в книге: Зеликсон-Бобровская Ц. Товарищ Иннокентий. Историко-биографический очерк жизни и деятельности Иосифа Фёдоровича Дубровинского (Иннокентия). (По материалам бывш. департамента полиции и личным встречам.) С предисловием Н. К. Крупской. Л.: Рабочее издательство «Прибой», 1925 (Памяти павших борцов за пролетарскую революцию. № 3).

Комментарии научного редактора: Александр Тарасов и Роман Водченко.


Григорий Евсеевич Зиновьев (Овсей-Гершен Аронович Радомысльский) (1883—1936) — российский революционер, большевик, советский партийный и государственный деятель, публицист, марксистский теоретик.